Под покровом ночи

Она смогла сделать первый шаг, значит, была сильнее, чем он.

Люсинда покачала головой.

В какое положение ты меня ставишь?

— Я тоже не нищий, между прочим. У меня земля в Аризоне, приносящая неплохой доход. Каждый из нас будет иметь свое состояние, и она поймет, что я женюсь на ней ради нее, а не ради Давенкорта. Ты знаешь, чем она на самом деле хочет заниматься?

Выращивать и тренировать лошадей.

Люсинда рассмеялась.

— Я могла бы догадаться. Лойел использует при дрессировке лошадей некоторые приемы, которые она придумала очень давно.

У нее, кстати, самые послушные лошади в округе. Но никто здесь не знает о твоей собственности в Аризоне. Пойдут сплетни.

— Я не буду обращать внимания на сплетни, если им не будет верить Роанна, — сказал Уэбб.

— Насчет нее можешь не беспокоиться. Она любила тебя двадцать лет и будет любить еще двадцать.

— Надеюсь, что дольше.

Когда он вошел в комнату, Роанна, стоя на веранде, смотрела на закатное небо. Услышав, как открылась дверь, она вполоборота повернулась к нему.

Позолоченная последними лучами солнца, с красными искорками, сверкавшими в волосах, Роанна была похожа на сказочную королеву. Выйдя на веранду, он остановился рядом с ней и облокотился на перила. Теперь он мог не таясь смотреть на нее сколько угодно — на эти высокие скулы и золотые искорки в ее карих глазах. Открытый воротничок блузки позволял видеть нежную кожу. Он почувствовал, как желание медленно овладевает им. Помолчав, он спросил:

— Ты уже поужинала? Роанна сморщила нос.

— Нет, ужин был совсем холодный, и я только съела кусок лимонного пирога.

Он нахмурился. Она виновато взглянула на него, потом спросила:

— Ты действительно заставишь Корлисс уехать?

— Конечно. В лице ее что-то мелькнуло, но она промолчала.

— Ты думаешь, что я не прав?

— Совсем нет. Люсинде нужен покой, а тут — крики и ругань… — Ее лицо стало озабоченным. — Я знаю, что значит жить в постоянном напряжении.

Он взял прядь ее волос и стал наматывать себе на палец.

— Ты это чувствовала, когда твои родители умерли?

— И тогда, и потом… до семнадцати лет. Я все время боялась, что в один прекрасный момент меня выгонят из дома. — Она помедлила. — Я слышала, как взрослые обсуждали это, и Джесси была с ними заодно. Меня собирались отослать в колледж, кажется, в Виргинию. Это так далеко отсюда, что я не смогла бы часто приезжать домой.