Под покровом ночи

Роанна поняла, что они готовы на все, лишь бы Уэбб не появлялся в Давенкорте. Конечно, Глория мечтает, чтобы все унаследовал кто-нибудь из ее семейства, но на худой конец сойдет и Роанна. Глория предполагала, что Роанной она сможет управлять, а с Уэббом ей не справиться. Суть дела была именно в этом, а не в том, был или не был Уэбб убийцей. Все в конечном итоге сводилось к деньгам и положению в доме.

— Повторяю, — Люсинда чуть повысила голос, — что я и Роанна приняли решение.

— Роанна не может быть беспристрастной, если дело касается Уэбба, — вступил в разговор Гарлен.

Корлисс наклонилась вперед, и в ее глазах сверкнул огонек радости в предвкушении

— Кажется, Джесси застала их в пикантной ситуации? — невинным тоном спросила она.

Брок оторвал глаза от тарелки и мрачно взглянул на сестру. Роанне он нравился больше всех из семейства Глории. Этот парень не собирался оставаться в Давенкорте всю жизнь, его мечтой было заработать побольше денег и построить собственный дом.

— Я считаю, — твердо сказал он, — что решение Люсинды только восстановит справедливость.

— Но… — возмущенно начала Ланетт, и Корлисс опять воспрянула духом в предчувствии ссоры.

— Я считаю, что Уэбб ни в чем не виноват и говорю при всех, что рад его возвращению, — твердо повторил Брок.

Глория и Ланетт с недоумением смотрели на предателя в их собственном стане. Брок, не глядя на них снова вернулся к еде.

Роанна тоже сосредоточилась на своем завтраке, стараясь отвлечься от того, что говорят за столом. Если бы она стала отвечать на выпад Корлисс, тем самым порадовала бы ее безмерно. Но ей было совершенно все равно. То ли у Корлисс не было таланта Джесси делать обидные замечания, то ли изменилась сама Роанна, но Корлисс казалась ей не более чем надоедливой дурочкой.

Словесная баталия продолжалась в течение всего завтрака. Глория, Гарлен и Ланетт по очереди выдвигали неопровержимые, по их мнению, аргументы против возвращения Уэбба. Грег казался равнодушным и не вмешивался в разговор, а Брок, закончив завтракать, извинился и ушел по делам.

Роанна продолжала есть, глядя в тарелку, и все атаки отбивала Люсинда, непоколебимая, как скала. Глория зря тратила свой порох.