Под прикрытием

Ковач сидел на свету, пусть и рассеянном, а Цакая – в тени, поэтому Ковач и не заметил, как побледнел действительный тайный советник при произнесенном имени…

– Подробно, – старый разведчик быстро пришел в себя, – что он говорил и как?

– Он сказал, что его служба прихватила на чем-то какого-то чина из британского посольства, имеющего отношение к их резидентуре. По его словам – завербовать не удалось, но компрматериал остался, и кое-что этот чин выложил. В частности – обозначил вектор интересов британской разведки, направленный на компрометацию меня и вас, также назвал операции «Чингисхан» и «Тайфун», но в чем конкретно они заключаются – умолчал.

– Он поднял дело по убийству Гирмана. Так и сказал – убийству. И недвусмысленно дал понять, что подозревает в нем вас.

– Недвусмысленно намекнул, так будет точнее…

– Что от вас понадобилось Котовскому?

– Он хочет провести проверку. И найти британского крота. Котовский убежден, что у нас на самом верху – крот.

– Крот, значит… Вы оговорили какие-то дальнейшие действия конкретно?

– Мы договорились проверить прохождение информации через Лондон. Он запускает пакет информации здесь, а я должен буду проверить, в каком виде она дойдет до Лондона.

– Пока ничего нет. Он со мной свяжется. Что мне делать?

Цакая задумчиво посмотрел на замерший в бутылке парусник. Как же правильно поступить, чтобы рыба не заподозрила неладное и не сорвалась с крючка?

– Пусть нажимает.

Ковач на сегодня был последним из отдающих визит действительному тайному советнику – собственно говоря, из-за него Каха Несторович задержался в яхт-клубе на час с лишним. И только когда он ушел – Ковач был одним из немногих, к кому у Цакаи остались хотя бы нотки доверия – Каха Несторович встал… хотел позвать полового и попросить чего-то крепкого, но передумал.

Мечислав Генрихович Котовский… Его заместитель на протяжении всего того времени, когда он был постоянным товарищем министра внутренних дел. Выходец из обедневшей польской шляхты, вопреки общественному мнению пошедший работать в полицию и там достигший почти всего, чего только можно достигнуть в полиции.