Под созвездием северных «Крестов»

Лег, сучара, и больше не жужжал, лишь лупал глазенками с расширенными во всю роговицу зрачками и дрожал слюнявыми губами – в ожидании последнего удара.

– Ты кто такой, выкидыш? – наклонился над ним Карташ, отфутболив заточку к стене.

– Твою мать! – страшным шепотом заорал прапор, Алексей испугался, как бы тот прямо сейчас не бухнулся рядом с бакланом в обморок. Поди объясняй потом, что ты не верблюд, а вовсе даже случайный прохожий. – Это кто такой?..

Карташ выпрямился, посмотрел вдоль галеры. Плексигласовая будка, откуда должен сечь поляну всю дежурный лейтеха, была пуста.

– Я не хотел, – прохныкал баклан. – Меня заставили… Иначе, пригрозили, опустят…

Как выяснилось, был и пьян, и обдолбан одновременно. А весело тут в «Крестах» люди живут…

– Это ж ЧП! – допер наконец прапор, метнулся было назад, за подмогой, передумал, мстительно, но несильно пнул мыском сапога баклана под ребра и гаркнул:

Баклан зажмурился, прикрыл пах ладошками и с трудом выдавил номер хаты.

– Кто такой? Где нажрался? Откуда заточка? – каждый вопрос прапор сопровождал тычком сапога по ребрам.

Звался баклан Бубырем, водкой с таблетками каждую неделю надиралась вся хата, откуда и кто проносил, он не знает. А прапора Бубырь проиграл в карты некоему Борзому, который хату держит…

Карташу очень быстро стало скучно, и он отвернулся. Это уже была даже не шиза, окружающий мир быстро превращался в форменный фарс.

Прапор выпрямился, посмотрел в глаза Алексею.

– Спасибо, мужик, – сказал он. – Если б не ты… Я напишу рапорт, тебе послабуха какая-нибудь будет… Ну, бля, вычислю того гада, который им бухло проносит – угандошу…

– Эт-то правильно. Тебя как зовут?

– Прапорщик Евстигнеев.

– «Евстигнеев»… – передразнил Алексей. – Зовут, спрашиваю, как?

– Делаем так, Володенька, – сказал Карташ, неожиданно вспомнив Пастора. – Отводишь меня обратно, а потом быром вызываешь своих и докладываешь, что придурка этого сам повязал, когда шел обратно.

«Зато ты мне теперь должен будешь», – добавил он мысленно.

Просчитывать поступки на несколько ходов вперед Володя не умел и поэтому с радостью согласился.

Хата Алексея все еще не спала. Более того, соседи Карташа ждали с нетерпением.

Оказывается, пока Карташ вел философские беседы с Пастором, они, наплевав, что ночь, сделали пару-тройку телефонных звонков. И были новости.

– Короче, так, – азартно начал Эдик. – Повезло.