Подаренная ему

То он грубый и жёсткий, то… Какой?! Какой?!

Оказавшись наверху, я подошла к тянущемуся вдоль палубы бортику и, положив на него ладони, с замиранием сердца уставилась на покрытую мелкой рябью воду. Солнце было таким ярким, что я невольно зажмурилась, ветер наполнял лёгкие солью. Вдалеке тянулась линия побережья, но ни рассмотреть что-либо, ни различить звуков я не могла. Только шелест волн о борт яхты и слабый ветер.

– Боюсь, что тебе будет жарко, – услышала за спиной и в следующий миг ощутила, как ослаб пояс халата.

Здесь, наверху, под горячим солнцем, действительно было слишком тепло, так что противиться я не стала. Да и какой смысл противиться? Он всё равно сделает так, как хочет. Я же… После вчерашнего мне и вовсе не стоило перечить ему, умом я это понимала очень хорошо.

– Что это за город? – спросила я, показав на линию берега.

– Майорка, – перекинув халат через руку, ответил Алекс и, встав позади меня, положил ладонь на поручень рядом с моей. – Пальма-де-Майорка.

Пальма-де-Майорка… Прищурившись, я смотрела на далёкую полоску.

В голове не было ни одной отчётливой мысли. Думала ли я когда-нибудь, что окажусь тут? Что буду стоять на палубе частной яхты под палящим Испанским солнцем и дышать солёным ветром? Думала ли я, что когда-нибудь меня будет волновать присутствие мужчины? Что едва ощутимое соприкосновение наших тел, его – жаркого, нагретого солнцем, и моего – прохладного после полумрака каюты, будет пробуждать во мне нечто незнакомое прежде?

Ладонь Алекса исчезла с поручня и коснулась моего плеча.

Пальцы медленно проскользили до запястья. Подавив тревогу, я продолжала смотреть на вырисовывающийся вдалеке город и старалась не заострять внимания на выступивших на руках мурашках. Это просто ветер…

– Пойдём под навес, – проговорил Алекс, чуть наклонившись ко мне. – Не думаю, что ты можешь быстро обгореть, и всё же…

Почувствовав его усмешку, я обернулась. Вопросительно приподняла бровь, но он только чуть заметно мотнул головой и, взяв меня за руку, повёл к стоящему в тени тента дивану.

Не успела я усесться, рядом появился официант. В руках он держал большой круглый поднос с двумя запотевшими стаканами и огромной тарелкой, наполненной самыми разными фруктами.

– Спасибо, – коротко кивнул Алекс, стоило ему выставить всё на столик. – До вечера можешь быть свободен. И не вздумай появляться на палубе, – добавил он так, что человеку, находящемуся в здравом уме, и мысли бы не пришло ослушаться.