Подаренная ему

– Думаю, твоё пожелание вполне может осуществиться, – невесело усмехнулся он. – Знаешь же моего отца…

Я мрачно ухмыльнулся. Да, отца его я знал, причём хорошо. Тот ещё тип. Дед мой тоже был из тех, у кого по струнке ходят, но любил меня до безумия. Хотя несколько раз мне-таки от него по хребту прилетело. За дело, надо сказать. Не знаю, что бы со мной было, если бы не он… Мало того, что после смерти родителей он взял меня к себе, так ещё и научил всему, что умел сам. Причём учил терпеливо, с пониманием, что я – сопливый пацан, потерявший отца и мать.

Деда не стало восемь лет назад, но я всё ещё скучал по нему. Порой мне не хватало его мудрого совета, порой, скупой похвалы, а порой даже строгого взгляда. Но жизнь есть жизнь.

Сунув руку в карман, я вытащил связку ключей и, подкинув на ладони, бросил в своего великовозрастного идиота-друга.

– Можешь пожить в моём доме, – сказал я, когда ключи оказались у Вандора в руках. – Места там немного – всего пара спален и гостиная, зато до моря рукой подать.

К тому же, о нём никто не знает.

– Спасибо. – Он убрал ключи в тот же карман, что и коробочку. Взглянул на часы. Я знал, что скоро у них с Миланой самолёт. Что ж, со своей стороны я сделал всё, что мог. Оставалось надеяться, его отец окончательно не озвереет после сегодняшней ночи. Понимая, что времени больше нет, я встал со стола.

– Если что-то понадобится… – хлопнул его по плечу и направился к двери.

– Алекс, – окрикнул меня Вандор, и когда я, обернувшись, вопросительно приподнял бровь, протянул мне тонкую папку.

 – Это бумаги из питомника. На девчонку, что я тебе отдал.

Я глянул на него, на протянутую папку и, взяв, хлопнул ею по бедру. При мысли о Стэлле из глубины подсознания снова начало подниматься раздражение. Лежит, должно быть там, шипит. Я вспомнил её связанные руки, впалый живот. Так, не думать об этом!

– Юра осматривал её несколько дней назад, – проговорил Вандор и тоже направился к двери. – Будь с ней помягче, ладно?

Помягче? Да если бы он знал, какое представление она вчера устроила, причём дважды, вряд ли просил бы меня быть с ней помягче.

И что там Юра? Несколько старых синяков я и сам видел. Не смертельно. Хотя били её, судя по всему, сильно. Я бы и сам зарядил ей промеж глаз, но эти синяки на теле… В питомнике с девочками не церемонятся. Так что не удивительно, что её отпинали по рёбрам, если она и там свои фортеля выкручивала.

– Как получится, – бросил я, и вместе мы вышли из кабинета.