От этого тело вспыхнуло, словно в него ударило миллиардом разрядов тока. Щеки начали пылать и в эту же секунду стало невыносимо душно. Понимая, что вот-вот это произойдет, я не сдержалась. Сделала глубокий вдох и выкрикнула самое важное:
— Винченсо, подожди! Нам нужно поговорить! — закричала в очередной раз. — Поговорить! Я не Фелиса! Ты меня слышишь? Я не Фелиса, а Ромола.
Выкрикнув эти слова, я почувствовала себя необычайно глупо. Самой себе мысленно дала пощечину и поинтересовалась: «Серьезно? «Я не Фелиса! Я Ромола!»? Более идиотских слов для признания этого факта не нашлось?».
После этого так же самой себе язвительно ответила, что, нет, не нашлось. Всего лишь пять минут назад я не собиралась ничего говорить Медичи и заранее не готовила высокую речь. А когда тебя собираются вот-вот изнасиловать, как-то трудно придумать нормальные слова.
— Что ты сказала? Повтори, — к моему удивлению, Медичи тут же остановился. Я так обрадовалась этому, что даже не заметила с каким холодом и плещущейся в ней тихой яростью, Винченсо просил меня повторить те слова.
— Я понимаю, что это звучит дико, но я не Фелиса. Я Ромола.
Утихомирив свою вспыльчивость и стараясь не думать о том, что Медичи только что чуть не изнасиловал меня в очередной раз, я собиралась с ним спокойно поговорить. Да и я сейчас больше ощущала облегчение от того, что мне удалось остановить Медичи.
— В тот день при пожаре сгорела Фелиса, — начала я объяснять. Медичи отпустил меня и я тут же села на кровати, прикрываясь одеялом. — Я живу под ее именем, но на это есть причины.
— Вот как? — Винченсо снял презерватив, выкинул его в мусорное ведро и спрятал все еще стоящий член в штаны.
— Да, все дело в стра… — договорить я не успела. Медичи схватил меня за предплечье и сдернул с кровати, так что я вместе с одеялом полетела вниз. Ударилась локтем и боком, но на боль внимания не обратила. Растерянная я попыталась встать на ноги, совершенно не понимая, почему Винченсо это сделал.
— В тебе столько наглости и глупости, что мне хочется свернуть тебе шею, — уже на этот раз я более чем отчетливо расслышала ярость в голосе парня.
Увидела, как пылали его глаза от гнева и какого-то ненормального бешенства.
Ладонь Медичи сжалась на моей шее, сдавливая горло. Я издала хрип, но больше не смогла сделать ни вдоха. Ловила воздух губами, но не была в состоянии наполнить им легкие. Винченсо понимал, что я задыхалась, но ему явно было плевать на это.
— Когда ты первый раз притворилась ею, я посчитал тебя дурой.
