Подсказчик

Он менял одну дурацкую работу на другую, не в состоянии продержаться там и одного месяца. Большую часть времени он был безработным. После смерти родителей унаследовал дом, в котором и удерживал нас, а также деньги за страхование жизни. Не слишком много, но достаточно для того, чтобы позволить себе, наконец, претворить в жизнь свой «великий план».

Мила рассказывала об этом с чрезмерной высокопарностью. Затем она опустила голову на подушку, размышляя над абсурдностью этой истории.

— Стиву нравились девушки, но он не осмеливался подойти к ним, потому что у него был очень маленький член, не больше мизинца, и он опасался, что над ним будут насмехаться. — Черты ее лица на мгновение озарились насмешливой и мстительной улыбкой. — Тогда он начал интересоваться девочками, уверенный в том, что среди них будет пользоваться гораздо большим успехом.

— Я припоминаю дело Линды Браун, — отозвался Горан. — Я тогда только получил свою первую кафедру в университете.

Мне думается, что в то время полиция допустила много ошибок.

— Ошибки? Да они такого натворили! Стив был дилетантом и оставил после себя кучу следов и свидетелей! Но они оказались не в состоянии найти его по горячим следам, а затем заявили, что он очень хитер. А он на самом деле был просто идиот! Идиот, которому очень повезло…

— Но он сумел убедить Линду…

— Он удерживал Линду, воспользовавшись ее же страхами.

Он выдумал этого злобного типа Фрэнки, наделив его ролью негодяя, только для того, чтобы самому прослыть добрым «спасителем». У этого придурка не было никакой фантазии: он дал тому типу имя черепахи, которая была у него в детстве!

Мила немного успокоилась.

— Да, с запуганной и растерянной девочкой. Очень просто потерять чувство реальности в таких условиях. Если вспомнить о том, каково мне было находиться в том проклятом подвале, то даже я называла его «брюхом монстра».

Надо мной был дом, и этот самый дом находился в квартале на окраине города в окружении множества других, совершенно одинаковых и вполне нормальных домов. Люди проходили мимо и не знали, что я нахожусь в подвале. Но самое ужасное было то, что Линда — или Глория, названная им так по имени девушки, которая его отвергла, — могла вполне свободно передвигаться.