Подсказчик

Мила подумала про Дебби, про звонки родителям с просьбой вернуть ее обратно домой, про одиночество, которое девочке ее возраста, робкой и застенчивой, приходилось испытывать по прихоти учеников подобного заведения. Поэтому все эти записочки показались Миле пошлой и ханжеской демонстрацией запоздалой любви.

«А ведь вы могли заметить ее, когда она была еще здесь, — подумала она. — Или тогда, когда некто прямо у вас на глазах увозил ее прочь».

Из коридора доносились крики и веселый гомон. Перешагнув через потухшие огарки свечей, поставленных в память об однокласснице кем-то из учеников колледжа прямо у порога комнаты, Мила вошла в последнее пристанище Дебби.

После того как она закрыла за собой дверь, в помещении воцарилась тишина. Она протянула руку к лампе и включила свет. Комната оказалась совсем маленькой. Прямо напротив двери окно, выходившее в парк. У стены — аккуратный письменный стол, выделявшийся на фоне переполненных книгами шкафов. Дебби очень любила читать. Справа — ванная комната.

Дверь туда была закрыта, и Мила решила осмотреть ее в последнюю очередь. На кровати лежало несколько плюшевых медведей, следивших за ее движениями холодными и пустыми глазами, отчего Мила сразу же почувствовала себя здесь непрошеным гостем. Стены спальни Дебби были сплошь оклеены плакатами и фотографиями одноклассников из ее старой школы, друзей девочки и ее собаки Стинга — словом, всем, что напоминало хозяйке комнаты о ее прежней жизни дома. Все ее привязанности, которых она была лишена ради учебы в этом престижном колледже.

«Дебби была девочкой, скрывавшей в себе черты прекрасной женщины, — подумала Мила. — Ее ровесники слишком поздно заметили это, не желая разглядеть в этом растерянном утенке прекрасного лебедя. Но в стенах этой школы девочка сама благоразумно старалась избегать их».

Потом девушка-полицейский вспомнила про то, как она присутствовала при вскрытии тела. Когда доктор Чанг удалил с лица Дебби пластиковый пакет, в волосах девочки была заколка с белой лилией.

Убийца причесал свою жертву, и Мила подумала тогда, что он сделал это для них.

«Нет, ее красота была предназначена Александру Берману…»

Взгляд девушки привлекла та часть стены, которая странным образом оказалась совсем пустой. Она подошла ближе и обнаружила облупившуюся штукатурку. Будто прежде здесь что-то висело, а теперь и след простыл. А может, это были другие фотографии? У Милы возникло ощущение, что эта комната кем-то осквернена.