Подстава. Книга третья

По идее после таких манипуляций с органами зрения, жестоко подверженный глазоморгательным демонстрациям индивид, должен был, как минимум ошалеть и перестать связно мыслить, сосредоточившись на видениях различных порнографических сцен целью которых являлось бы продолжение рода. Но то ли я была на вид стремная, то ли у Эриха от стресса весь размножательный инстинкт отмер напрочь, но не сработало.

Но я из десанта, мы не сдаемся.

- Слушай, а что там Удав говорил про свадьбу на Тайреме?

- Это ты к чему? - напрягся Дагрэй.

- Я согласная! - решительно объявила ему.

И тут случилось странное.

- Правда? - с явным неверием вопросил Эрих.

- Абсолютно, - сказала я, но что-то мне во всей этой ситуации определенно перестало нравиться.

И Эрих только усилил мои подозрения, весело объявив:

- Ладно, летим на Тайрем.

Наклонился, стремительно поцеловал, и утопал в развалины, что-то весело насвистывая.

Проследив за его уходом, я, не отрывая взгляда от спины удаляющегося архонта, напряженно спросила у Тамрана:

- Слушай, и на что это я сейчас подписалась?

А ответа не последовало.

- Ну и ладно, разберусь по ходу дела, - решила я.

Глава : Отбор невест по правилам и без.

Я перевернула очередную страницу и уныло зачитала:

- Добродетельная жена ничтожна и смиренна, главная обязанность ее - подчинение старшим по роду, возрасту и положению. С раннего детства должна она привыкать к труду, а основной долг ее прилежание. В день рождения ее становится она жертвой, а вся жизнь ее - жертвоприношением.

- Мля… - протянула охреневшая не менее моего Блондя.

Закрыв книгу, я еще раз посмотрела на название «Краткие наставления для добродетельной жены». В этом кратком наставлении было четыре тысячи гребаных наставлений, и да – это краткое наставление. А существовало еще и среднее. И полное.

- Что там у нас с прилетом Алкесты? - поинтересовалась я, снова открывая учебник.

- Я так поняла, что на нее Исинхай надавил, так что она будет. Но, кэп, ты пока на ее сообщения не отвечай, не стоит.

- Да ладно, столько новых ругательств в прошлый раз узнали, - усмехнулась я.

Алкеста лететь на Тайрем отказалась. Напрочь отказалась. Потом лично позвонила, и сказала все что про нас думает, но Блондя у нас вообще психанутая, а я десантом на всю голову пристукнутая, так что разъяренная Алкеста была вынуждена столкнуться с крайне неожиданной для нее реакцией - мы похватали у кого что было и давай за ней записывать.