Подстава. Книга третья

- А это только на бумаге, или у них реально все так устроено?»

Не сдержавшись, прошипела сквозь зубы, чтобы не было сильно заметно, как разговариваю:

- А ты смотайся на Дарстан, смени пол, а после вернись и проверь на собственной шкуре!

«Понял, не отвлекаю, - с ходу просек причину моей злости агент. - И да, у тебя там, в иероглифе последнем ошибочка. Нижнюю линию чуть продли. Да, так хорошо».

- Сссспасибо, - да, я вежливая.

«3. Третья добродетель трудолюбие. Большое безделье вытекает из малого, и лишь ежедневный кропотливый труд спасение для добродетельной жены».

Ааа, как они меня бесят!

«4. Четвертая добродетель – подчинение. Послушна жена своему супругу, приказом для нее звучат слова родителей мужа, законом – слова старшей жены».

«5. Пятая добродетель - служение. Старательное служение родителям, а впоследствии родителям мужа, искреннее служение мужу, преданное служение старшей жене. Таковы главные женские добродетели».

И я подумала, что мне бы сейчас выпить.

Но на повестке был второй вопрос: «Траур по родителям супруга, традиции седьмого дня после похорон».

В целом, по сути, как и сказала Алкеста, второй жене следовало рыдать до разрыва кишечника. Сомневаюсь, что в этом случае, можно было бы вообще дожить до седьмого дня после похорон, но традиции тут были суровы.

Что ж, я размяла руки и начала вдохновенно писать:

«Смерть родителей мужа невыносимое горе, вызывающее вполне закономерный вопрос – а каким образом они умудрились умереть разом в один день?»

«Эм, - раздалось в наушнике, - Мегер, тормози».

Удав был прав.

Я смяла второй листок, отдала его Эстер, и начала писать то, что следовало:

«На седьмой день после трагической смерти родителей супруга, второй жене надлежит снять малый траур, заливаясь слезами в невыносимой скорби и неумолимых страданиях».

И, в общем, краткость сестра таланта. Если учесть, что второй жене следовало быть немногословной, то я вообще ответила наилучшим образом.

И вот теперь следовало переходить к самому интересному.

- Нир, что у нас там с эротической литературой? - вопросила я, любовно разглаживая большой чуть желтоватый лист на парте, которая для этого листа была слегка маловата.

«Эммм… - не слишком уверенно ответил мой хакер. - Кэп, я не уверен что…»

- Слушай, я точно уверена, что не стану ни засовывать себе в рот эту гадость…

Тут Удав издевательски хмыкнул."

"- Забейся! - нервы были ни к черту. - Короче, рассказывать все это я тоже не собираюсь.