Поединок соперниц

Тогда я снова сгреб его за капюшон и велел вести нас вперед.

— Каждое чучело на своем огороде — император.

Если бы он не был мне нужен как проводник, я бы ему накостылял по загривку, как полагается. Но я еще припомню эти слова. Когда, например, он начнет клянчить пожертвования на свою развалюху Святого Дунстана.

К башне Хэрварда мы прибыли, когда уже стемнело. И что мне понравилось, так это как были устроены засады на подступах и посты на болотах. Неужели всем этим заправляет женщина? Я готов был в пояс ей поклониться.

Хотя она заслуживает поклонения уже как внучка Хэрварда.

В башне нас встретили радостно. Я огляделся. Н-да. Когда-то обустроенное жилище теперь представляло собой каменный остов с перекрытиями этажей. Людей здесь было полно. Тут же лошади и скот, куры. Развернуться негде. Я увидел Альрика. Парень обрадовался мне.

— Благородный Хорса, друг! Если еще несколько таких саксонских танов примкнут к нам, уж и зададим же мы трепку Ансельму!

— Попробуем справиться своими силами, — буркнул я в ответ.

 — Главное сейчас — отбиться от Ансельма из Бери-Сент. А там пламя мятежа перекинется на весь Норфолк, на все Дэнло!

Пока я выяснял, как обстоят дела, на ступенях спиральной лестницы, поднимающейся вдоль стен башни, появилась женщина.

И первой моей мыслью было — я уже где-то ее видел. Может, она мне снилась? Не знаю, но скажу — я и не подозревал, что внучка Хэрварда такая красавица.

Она подошла, и я, — ну чисто нормандский куртуазный щеголь! — опустился перед ней на одно колено, приник к прелестной ручке.

— Так вы и есть Хорса из Фелинга?

Мне польстило, что она залилась румянцем при виде меня, прятала глаза, лишь порой как-то тревожно поглядывала из-под длинных ресниц.

Я приосанился. Черт возьми! — я всегда могу определить, когда нравлюсь женщине. А смущение леди Гиты выдавало ее с головой. Кому бы не было лестно пробудить волнение в столь очаровательном создании!

Леди Гита была не выше среднего роста, но казалась гораздо выше благодаря манере держаться с неприступным достоинством.

Кожа ее — прямо чистый жемчуг. Губы… пухлые, яркие. Наверное, сладко целовать такие уста. Волосы светлого серебристого цвета и рассыпаются по плечам, как струи дождя. Ресницы по-детски пушистые. Глаза же… хорошие глаза, цвета стального клинка. И все же…

— Мы не встречались ранее, леди?

Она ответила стремительно, даже словно испуганно. И это навело меня на мысль, что, может быть…

Она отступила и, приложив руку к груди, поклонилась всем нам.