Поединок соперниц

Потому что когда она приподняла капюшон, скрывавший ее лицо, я узнал графиню Бэртраду Норфолкскую.

Я опешил. Сиятельная графиня поздним вечером в захудалом кабаке, причем в мужской одежде — грубых штанах, куртке из бычьей кожи, мужском плаще с капюшоном!

— Рада удостовериться, что так пленявшее меня некогда искусство все еще не угасло в тебе, мой Ральф.

Она улыбнулась, не размыкая губ, отчего улыбка показалась мне напряженной. Так оно и было — леди Бэртрада не ожидала увидеть меня в обществе своих людей. А то, что все они были ее людьми, я понял уже по тому, как они держались с ней.

— Как ты объяснишь это, Гуго? Разумеется, я неописуемо рада встрече с Ральфом де Брийаром, и уж тем более не в свите леди Гиты Вейк. Но ведь ты из ее людей, Ральф?

Гуго дружески обнял меня за плечи.

— Отныне он наш, миледи. Этот парень давно уже понял, что его саксонская красавица достанется ему не ранее второго пришествия. Во всяком случае, пока жив Эдгар, — добавил он, понизив голос.

Так вот зачем собрались эти люди! И графиня с ними.

Неужели она так люто ненавидит супруга, что готова пойти на убийство? Но ведь и я желаю его гибели — следовательно, я с ними.

Странное дело — я встретил Гуго сразу же после того, как обратился с мольбой к святому Эдмунду. А значит, в этой встрече — рука провидения.

Кажется, Бэртрада понимала, что творится у меня в душе. Склонившись через стол, она мягко положила руку на мои сцепленные в замок, побелевшие от напряжения пальцы.

— Мы с тобой оказались в равном положении — я, супруга графа, и ты — человек, которого в Норфолке уже привыкли считать женихом Гиты Вейк.

Не вернись Эдгар так скоро с Востока, я бы не удивилась, если бы еще до Рождества леди из фэнленда сменила имя на де Брийар.

— Но ведь она никогда не была у вас в чести, миледи, — сухо молвил я.

Бэртрада какое-то время молча наблюдала, как оседает пена в кружке с элем.

— А с какой стати мне было осыпать ее милостями? Разве я не испытывала боль, узнав, что Гита Вейк спала с Эдгаром Армстронгом уже после того, как состоялась наша с ним помолвка? Но куда горше сознавать, что она по-прежнему отнимает его у меня.

Я ведь не глупа и все вижу.

— Его постоянные отлучки по ночам, его счастливый вид, болтовня челяди… А главное — унизительная жалость в глазах тех, кто знает меня и сочувствует моему положению. Ничего худшего не придумать!..

Бэртрада прижала перчатку к глазам, утирая слезу.

Я молчал. О, мне тоже было знакомо это оскорбительное сочувствие домочадцев в Тауэр-Вейк.