Хотела знать, что ты делаешь, как идут твои занятия, чем ты интересуешься, кто твои друзья — абсолютно все. Если мое письмо занимало меньше трех страниц, она немедленно воображала, что стряслось неладное. Она наверняка читала их твоему отцу. Он по-видимому, тоже не мог дождаться весточки о сыне.
— Неужели?
— Нет, не нужно, — попросила она, потому что его тон показался ей неуместно скептическим. — Думаю, он принял это решение не из гордости и не потому, что он хотел, чтобы ты сохранил о нем только светлые воспоминания.
Да, возможно, отчасти так оно и есть, но учти — и он это тоже понимал, — для того чтобы вы могли поговорить, тебе, как и Элинор, следовало постоянно дежурить у его постели. Какой отец захотел бы этого для своего сына? А ведь в противном случае у тебя было не много шансов увидеть его в здравом уме. Он не желал этого ни для тебя, ни для нее. Но во втором случае просто иного выхода не было. Знай ты обо всем, наверняка не смог бы ни учиться, ни играть, как остальные мальчишки. Превратился бы в маленького старичка.
У тебя просто-напросто отняли бы детство. Понимаю, все это печально. Но у него была Элинор Она любила его настолько, чтобы остаться рядом до конца. Тебе это по-прежнему неприятно?
— Нет, я рад, что они были вместе. Но как ему хотелось, чтобы мать была не только с отцом. Они — семья, и должны были оставаться семьей.
Глава 55
Линкольн возвращался в Шотландию без особой, по его мнению, спешки. Нет, он мчался как бешеный, вот только когда село солнце, остановился на ночь в первой попавшейся гостинице, что могло считаться огромной уступкой сжигавшему его нетерпению.
На второй день пути он столкнулся с Макферсонами. Удивлению Линкольна не было предела. Он был твердо уверен, что они настолько рады отделаться от него, что сейчас празднуют счастливое избавление и клянутся больше никогда не пересекать границы, лишь бы, не дай Бог, не встретиться с ним.
Но с чего он взял, что они ищут его? Правда, завидев его, они остановились и внушительной стеной выстроились поперек дороги.
Да, что-что, а это они умеют!
— Заблудились? — язвительно осведомился он, натянув поводья.
— Собрались потащить тебя к алтарю, — пояснил Джонни.
Линкольн насмешливо вскинул брови.
— Хотите сказать, что я избавил вас от необходимости тащить меня к алтарю?"
"— Ты возвращаешься к Мелли?
— Разумеется, если она меня не выгонит. Как по-вашему?
— Трудно сказать, — признался Йен Первый.
— Мы оставили ее в слезах, — добавил Чарлз.
