Возможно, ты найдешь свою матушку чересчур властной и даже капризной, особенно если снова не станешь ее замечать.
— Жаль, что она не была такой много лет назад. Но я ей этого не скажу.
— Прекрасно. Я рада, что ты этого не скажешь, — лукаво сверкнула глазами Мелисса.
Линкольн кивнул, привлек ее к себе, снова стал целовать и быстро забыл, что в комнату в любую минуту могут войти. Она была такой податливой, теплой и мягкой… И никогда ни в чем ему не откажет. Потому что любила его так же страстно, как он ее. Сознание этого было бальзамом для его души.
И поможет ему продержаться, пока они не поженятся по-настоящему.
Он с трудом пришел в себя, ровно настолько, чтобы оторваться от нее и молча прижимать к себе, пока их дыхание не выровнялось.
— Скоро, Мелли… еще день-другой. Я могу быть терпелив, особенно теперь, когда уже не сомневаюсь, что ты будешь моей.
— Но что заставляет тебя считать, будто я могу быть терпелива? — пробормотала она и, сжав его щеки, снова принялась целовать.
Идиллию прервало чье-то покашливание.
Обернувшись и увидев Локлана, Линкольн согнулся от смеха:
— Вот и ответ на твой вопрос!
Глава 56
Два дня спустя они обвенчались. На этот раз Линкольн был готов ждать, и даже сам предложил это, поскольку хотел, чтобы свадьба была именно такой пышной, радостной и торжественной, как мечтала Мелисса, а гостям требовалось время добраться в Крегору. Перед отъездом из Лондона он даже послал записку герцогу и герцогине Ротстон, в которой просил как можно скорее прибыть в Крегору, если они хотят успеть на свадьбу крестницы.
Возможно, с его стороны это было весьма самонадеянно, но Линкольн, как и Локлан, не имел ни малейшего желания ждать… если Мелисса все еще захочет быть с ним.
Меган и Девлин Сент-Джеймс прибыли на следующий день после появления Линкольна. Джастин тоже был с ними. К сожалению, свадьба задерживалась из-за тети Генриетты. Хотя она покинула Лондон всего на час позднее племянника, пришлось сначала заехать за Эдит.
Даже Йен Макферсон-старший и тот выбрался из дома.
Какой сюрприз! Встретиться с живой легендой и, к своему удивлению, обнаружить, что он всего лишь обычный человек, немного, правда, ворчливый. Широкоплечий великан с необхватными плечами, седой, но все еще бодрый, с громовым голосом, который был слышен в любом уголке замка, он тем не менее оказался любящим дедом.
Его сопровождало все огромное семейство. Присутствовали даже немногочисленные жены братьев со своими многочисленными детьми.
