При малейшем шуме она замирала и подносила руку к бешено колотящемуся сердцу, опасаясь, что сейчас из-за угла вынырнет дворецкий. Но нет, все было спокойно, тишину нарушали лишь ее шаги.
Ночное небо по-прежнему было ясным, поэтому она сразу увидела карету Линкольна в конце улицы, между двумя фонарными столбами. Мелисса немедленно помчалась туда, то ли спеша поскорее увидеть Линкольна, то ли боясь посторонних глаз.
О, как это ужасно — красться тайком, сторониться людей… и, наверное, поэтому в голову приходили самые неприятные мысли.
Одна такая заставила ее остановиться и отступить на несколько шагов. Что, если в карете нет никакого Линкольна? Что, если он не посылал ей записки? Кто-то другой, совершенно неизвестный, мог вручить ее Эдит и попросить передать от имени Линкольна! Коварный замысел… но с какой целью?
Однако седок, кем бы он ни был, услышал стук каблучков или наблюдал за ней в окно. И незамедлительно вышел из экипажа. Но лицо по-прежнему оставалось в тени. Ростом он примерно с Линкольна и фигура похожа, но девушка поостереглась приблизиться.
Мужчина ждал, но, должно быть, поняв, что Мелисса не собирается двинуться с места, двумя шагами перекрыл разделявшее их расстояние, взял ее за руку и прошептал:
— Пойдем, пока нас не заметили.
Теперь, увидев, что это действительно он, Мелисса пошла бы за ним куда угодно. Как ни странно, вместе с неуверенностью исчезла и нервозность, хотя, возможно, и зря. Причины этой встречи должны были казаться по меньшей мере подозрительными.
Но Мелли была слишком доверчива. Многие в отличие от нее посчитали бы это недостатком. Кроме того, у него наверняка найдется достойное объяснение. И ей не терпелось его услышать.
Карета была хорошо освещена внутри, занавеси плотно задернуты. Линкольн постучал палкой в потолок, и лошади медленно тронулись с места. Слишком медленно, чтобы у кучера была какая-то цель.
Линкольн подтвердил ее предположение, пояснив:"
"— Он будет ездить по кругу, пока не получит другого приказания.
Я боялся, что ты не придешь.
Мелисса подняла голову и пристально вгляделась в него, что, возможно, было ее ошибкой. До чего же хорошо видеть его снова. Слишком хорошо.
Первым ее порывом было броситься ему на шею и признаться, как сильно она скучала.
Но Мелисса сдержалась. Для подобной дерзости их отношения еще не зашли так далеко, хотя, к своему тайному удивлению, она ощущала, что имеет право на все.
Но, так или иначе, он снова здесь, рядом.
