Может, в самом деле виновата ее рассеянность, ибо она второй день подряд проводила за завтраком по три часа, оставляя в результате еду нетронутой, но сегодня дело было совсем плохо: она вообще оказалась не в силах связно выражать свои мысли.
«Плохо» началось с того, что Джастин снова пришел в утреннюю столовую, где подавали завтрак. Вид у него был взволнованный, чтобы не сказать взъерошенный.
— Всю ночь не спал, обдумывая, как тебе быть. Сделай себе одолжение, навести сегодня дам Бернетт. Возьми с собой мать. Только дяде ничего не говори.
И не спрашивай меня почему.
Не успела Мелисса открыть рот, как он повернулся и исчез. К тому времени как она сообразила побежать следом и потребовать объяснений, его нигде не смогли найти. Но она была достаточно сообразительна и умела читать между строк, поэтому довольно легко разгадала загадку. В отличие от нее он кое-что знал, но по какой-то причине не мог или не хотел рассказать. Вероятно, она разгадает тайну, если навестит Бернеттов.
Оставалось только выругать себя за то, что не догадалась это сделать раньше.
И Меган, разумеется, охотно согласилась ее сопровождать. Но результат оказался не тем, на который она рассчитывала, поскольку Линкольна как раз в это время не оказалось дома и до их ухода он так и не показался. Трудно сказать, но, во всяком случае, что-то все же изменилось. По крайней мере она предполагала, что записка, скомканная в ладони, — прямое следствие визита.
Эдит Бернетт, предварительно удостоверившись, что за ними не наблюдают, молча сунула бумажку в руку Мелиссы.
До чего не похоже на обычно общительную девушку!
Но, учитывая содержание записки, Мелисса поняла, в чем дело.
Вместо того чтобы навестить ее обычным манером, Линкольн хотел тайного свидания, этим же вечером и наедине. И сейчас ждал ее на улице. В записке говорилось, что, если понадобится, он прождет всю ночь. Любовное рандеву? Вздор, они не любовники. И все же встреча сильно смахивала на нечто подобное.
Что ей прикажете думать? Нет, тут не до размышлений, она должна следовать своим инстинктам.
А инстинкты подсказывали ей любой ценой улизнуть из дома и встретиться с ним, хотя бы для того, чтобы выяснить, почему он передумал ухаживать за ней как полагается и затеял весь этот спектакль.
До сих пор она в жизни ни от кого не таилась, и сейчас ей было не по себе. На душе сгущались тучи. И все же она на цыпочках вышла в коридор, спустилась вниз, обошла музыкальный салон и выскользнула через высокие стеклянные двери.
