«Погранец». Зеленые фуражки

А кишка слаба – надень женскую юбку, чтобы видели все, чего ты стоишь.

Так и привели трясущегося дезертира в горотдел НКВД. На фронте дезертирами занимались «особисты», военные контрразведчики. С такими разговор был короткий, расстрел перед строем своих сослуживцев. Как урок, в назидание. Только такими жесткими мерами можно было остановить дезертирство, навести порядок.

В горотделе, едва только дезертир назвал свою фамилию и войсковую часть, сказали, что уже получили телефонограмму о его исчезновении из поезда еще неделю назад.

Из горотдела Федор в казарму направился. Надо подхарчиться, отдохнуть немного. Вечером снова на проверку выходить надо.

Поел, в кабинет зашел. Здесь он работал, тут же койка стояла. Зазвонил телефон. Федор вздохнул. Телефонный звонок почти всегда приносил тревоги или неприятности.

– Казанцев у аппарата.

– Осадчий приветствует. Как жизнь?

– Бьет ключом. Дезертира сегодня в твою контору доставил.

– Знаю уже, сам допрашивал. Я не по этому поводу звоню. Берия телефонировал, по делу о хуторе.

Ну, ты понял, о чем я.

Телефон хоть и военного коммутатора, но открытым текстом не все говорить можно.

– Благодарность вынес участвующим, просил списки составить. Я твою фамилию вписал.

– После своей? Или я не прав?

– Не прав. Самолично не имею права, на то начальство есть.

Поговорили еще немного, расстались по-доброму. О потерях при операции Осадчий умолчал. Скорее всего, потери с нашей стороны были поданы в рапорте или записке, как ожесточенное сопротивление немцев и проявленный героизм сотрудников НКВД.

Какой героизм, если нет потерь?

После ужина Федор, как всегда прихватив двух бойцов, вышел на ночную проверку. Следовал уже заведенным маршрутом, первым – железнодорожный вокзал. Тут почти всегда многолюдно. Но и силовых структур хватает, транспортная милиция, его бойцы. Военный комендант. И у каждого свои функции. Федор проконтролировал своих людей. Все в порядке, службу несут исправно. Вышел на перрон. Как раз из Москвы прибыл военный эшелон.

На перроне толчея. Кто-то из солдатиков курит, разминает ноги, другие с чайником или котелком бегут набрать кипятка. Сейчас уже забыли, что это такое. А еще с дореволюционных времен рядом с вокзалом была будочка и два крана – с холодной водой и кипятком. Проезжающий пассажир всегда мог набрать в какую-то емкость кипятка, заварить чаю. К эшелону сразу подошли желающие уехать. Приказами по Наркомату обороны брать попутчиков строжайше запрещалось.