«Погранец». Зеленые фуражки

Услышав выстрелы, начкар на ходу расстегивал кобуру.

– Брось оружие! – закричал он Федору.

В такой ситуации лучше не спорить и не качать права, и Федор выронил пистолет из руки.

– Что происходит? Финошкин, почему оружие валяется? Ты на посту или где?

Федор медленно поднялся с земли.

– Я начальник заставы Дубицкой погранкомендатуры. Задержал немецкого парашютиста, переодетого в форму командира Красной Армии. Он обезоружил вашего бойца и взял его заложником.

У начальника караула от удивления глаза сделались по пятаку.

– Я неясно сказал? Мои слова могут подтвердить мои бойцы и ваш часовой. Вызывайте срочно санитара или фельдшера, кого-нибудь из погранотряда и из штаба тридцать третьего полка.

Начкар никогда прежде с подобными происшествиями не сталкивался и немного растерялся. Но быстро пришел в себя.

– Финошкин, встань с колен, что ты как в церкви! Вы двое – держать всех на мушке! Дергаться начнут – стреляйте на поражение, – приказал он двоим караульным. Сам же убежал – сейчас звонить будет.

Начкар вернулся первым.

– Всех оповестил, сейчас будут.

Первым прибежал начальник штаба погранотряда.

– Казанцев, ты как здесь?

– Это ваш человек? – спросил начкар.

– Начальник заставы, а с ним – его подчиненные.

– Бойцам-пограничникам – в машину. Товарищ лейтенант, можете пистолет подобрать.

– Казанцев, что здесь происходит?

Федор сжато, без деталей, пояснил.

Под арку вошел, обтирая лысину платком, майор инженерных войск.

– Товарищ майор, – шагнул к нему начкар – все-таки он сейчас должностное лицо при исполнении.

– Вот этот человек – ваш подчиненный? – и указал на раненого старлея.

– В первый раз вижу.

Тут уж вмешался начальник штаба погранотряда:

– Извините, товарищ майор, проверка. Не смею больше задерживать.

Майор снял фуражку и вытер платком лысину.

– Черт-те что! Отрываете от дел! – и ушел.

– Казанцев, а где парашют?

– В кузове. Его мои бойцы под мостом нашли.

– Так ты говоришь – четверо их было? Ждите фельдшера, пусть осмотрит и перевяжет.

Начальник караула выставил своих людей до и после въезда, фактически оградив машину и раненого от посторонних глаз. Потом он подошел к Федору и прошептал в ухо:

– Он правда немец, с самолета прыгнул?

– Правда. А ты его спроси, он по-русски не хуже тебя говорит.

Подъехала санитарная машина, и из нее вышли военврач и военфельдшер.