Пограничье

   По бледной щеке скатилась красивая алмазная слеза, но вызвала она у обоих слушателей не сочувствие, а улыбку.

   — Ну, ты сильна! — восхитился Павлик почти искренне. — Я так не умею... Но об этом после, что ты там говорила насчет того, что я ничего не знаю?

   Фасолаки махнула рукой разносчице, чтобы та принесла еще эля, а Пауль наклонился к Анжеле.

   — Ничего такого, — проворчала та, проклиная себя за длинный язык. Вот всем она хороша, всем, но любит поболтать о том, в чем не очень-то и разбирается. Любит, хоть режь.

   — Э, нет! — сыщик погрозил пальцем. — Я тебя знаю, просто так ты слов на ветер не бросаешь. Что там не так с моими знаниями?

   Анжела загрустила, размышляя над тем, как лучше вывернуться из этой ситуации. Хозяин по головке не погладит за болтливость... С другой стороны, он далеко и, может быть, вообще не узнает, а Пауль Эро — вот он: сидит рядом, улыбчиво сверкает зубами. С него станется снова упрятать бедного несчастного морока за решетку. Ни за что. За маленькую шутку.

   — Лицензию на охоту мы, может, и не получили. Пока, — Анжела воровато оглянулась по сторонам и, наклонившись вперед, прошептала:

   — Но, станется, она нам и не понадобится. Среди наших слухи ходят, что скоро будет большой передел.

   Про слухи она преувеличила, конечно. Нет никаких слухов. А просто она подслушала разговор хозяина с тем эльфом. Не специально, просто они ссорились из-за каких-то колокольчиков, громко очень, а Анжела в соседней комнате была.

   — А после передела, кто знает, кто станет у руля. Глядишь, и законы поменяются.

   Подумала с минуту и добавила важно.

   — Еще, говорят, зима будет волчьей.

   Последняя волчья зима, если верить учебнику истории, случилась накануне Разделения миров. Собственно, ночью Разделения та зима и закончилась.

   — Волчья зима... — Ангелина Фасолаки заправила за ухо платиновую прядь и горько усмехнулась.

   — Волчья зима... — прошептали вмиг пересохшие губы, а ясные, как весеннее небо глаза посмотрели на Анжелу, сковав ее странным холодом. Женщина ее пугала. Взгляд, наклон головы, холеные руки, аккуратные ногти, платье слишком простое... Ничего из этого не намекало на опасность, которой вдруг повеяло от странной знакомой Пауля Эро.