Пограничье

Поэтому... вот.

   Я с пониманием кивнула. Если бы я вдруг стала выглядеть так... Я бы даже не повеселилась, я бы в Волчью долину вернулась, поджав хвост.

   — И зачем ты ее выкрал? Не знала, что ангелы нынче похищают своих подопечных.

   — Я не крал! — Афиноген посмотрел на меня обиженными голубыми глазами и прижал лапку к груди. — Я спасал. Другого выхода просто не было. Все указывало на неизбежную смерть... А я... Я же...

   Отличник, точно! Это мы уже слышали. Девочка окончательно проснулась, скривила идеальный розовый ротик и громко всхлипнула.

Я же неуверенно качнула маленькое тельце, вспомнив подсмотренный у Юлки жест, а затем грозно посмотрела на ангела, который неспешно приблизился и окинул меня внимательным взглядом, а затем задумчиво произнес:

   — Вы хорошо смотритесь...

   Я зашипела возмущенно.

   — Даже не думай. Давай свое направление, я все подпишу, приложу объяснительную для твоего научного руководителя — и можешь быть свободен.

   Я честно хотела сделать как лучше. Помочь, так сказать, человеку.

Но невозможный тип только рассмеялся:

   — У нас это иначе происходит... И ты уж точно не сможешь освободить меня от моей почетной обязанности. Хотя, если подумать, то разделить ее на двоих было бы интересно...

   Афиноген задумчиво почесал лопоухую голову, объект его заботы с важным видом присосался к моему пальцу, а я с тоскою вспомнила сразу всех сказочных персонажей, которые по глупости или из-за чрезмерного своего благородства встревали в истории или брали на себя непосильную ношу.

   Я подумала, что находиться и дальше посреди леса, по которому бродит незнакомый мне оборотень, не самое разумное решение, поэтому взяла девочку поудобнее и махнула рукой Афиногену, чтобы он следовал за мной.

   — Послушай, — я попыталась переключить внимание ангела с себя на малышку. — Меня просто попросили найти пропавшего ребенка. Ничего личного. Я ничего не хочу знать о ней и ее дальнейшей судьбе. Честно, у меня у самой жизнь...

   — Ее зовут Оливия, — перебил меня Афиноген.

— Мама называла ее Оливкой. Хотя какая она оливка... Она... Она же совсем одна осталась, да? Я не ошибся в анализе?

   — Не ошибся. Ее родители погибли сегодня...

   Ангел плюнул на попытки передвигаться по земле на двух ногах, замахал смешными крылышками и взлетел метра на полтора вверх. Оливка радостно взвизгнула и засмеялась, я тоже не смогла удержаться от улыбки, хотя тема разговора к веселью не располагала.

   — И? — Афиноген подозрительно сощурился.