— Тут сержант-инструктор, — возразил старлей, — его помощи мне хватит. Пес может волноваться, если вокруг слишком много людей.
Нарыв побледнел, но, почему-то не решился сказать старшему по званию что-то против.
— Повторяю, это для вашей безопасности, — нажал я.
— Рядовой, — раздраженно вздохнул ветеринар, — прошу вас, выйдите вон из комнаты.
Я глянул на Булата. Пес, выбившийся из сил, просто равнодушно лежал на столе. Даже не рычал, хотя и Нарыв, и старлей стояли рядом.
— Я вас предупредил, — сказал я, решив, что если уж старлей настолько твердолобый, то пусть сам расплачивается за свое упрямство.
Да и Булат в таком состоянии вряд ли сможет его сильно цапнуть.
— Да-да, конечно, — отмахнулся старлей."
"Я пожал плечами и вышел на улицу. Не успел отойти и двух шагов, как за дверью раздались грохот и топот. Кто-то вскрикнул от боли. Потом выругался матом.
Я хмыкнул и вздохнул. Направился обратно в комнату, но даже двери не успел открыть. Все потому, что перепуганный ветеринар пулей вылетел наружу. Ниже меня на полголовы, он просто врезался мне в грудь, бухнулся на задницу.
Поднял полные ужаса глаза.
— Вы кого мне подсунули⁈ — Взвизгнул старлей.
Глава 13
— Цапнул? — Ухмыльнувшись, спросил я.
Старший лейтенант испуганно заморгал увеличенными от очков глазами. Потом глянул на надорванный рукав своего ХБ. Когда задрал его, я увидел неглубокие, едва кровоточащие ранки на предплечье ветеринара.
— А я ведь предупреждал, — я вздохнул, — Ладно, давайте помогу вам подняться.
Старлей поморщился, когда я подсобил ему встать на ноги.
Потом он потер отбитый копчик.
— Пожалуй, вы правы, — сказал ветврач немного затравленно. — Вернитесь, пожалуйста, в помещение.
Внутри ждал Нарыв. Булат лежал на столе и казалось, будто бы большой пес и не сдвинулся с места. Я подступил к овчару с головы, стал его гладить. Подставил кобелю ладонь, и тот сразу же положил на нее голову.
— Только держите крепче, — сказал ветеринар, опасаясь прикасаться к Булату.
— Работайте смело. Он не тронет. Я прослежу.
Ветврач все же решился. Робко положил руку на шкуру пса, чтобы проверить большую рану на загривке. Критически осмотрел ее под желтым светом лампочки.
Ветеринар сделал Булату несколько уколов, потом принялся налаживать швы. С каждым движением делал он это все смелее и смелее. Видел, что пес ведет себя совершенно спокойно. Булат даже прикрыл глаза и казалось, просто спал на боку. Только его широкая грудь медленно поднималась с каждым вдохом и также спокойно опускалась.
