Я тоже думал, а потом оказался в Высшем пограничном ордена Октябрьской Революции училище КГБ СССР имени Ф. Э. Дзержинского. — А ведь мечтал о гражданке. Да только, когда отслужил и вернулся домой, быстро понял, что такая жизнь не для меня. Что стала она мне чужой, непонятной. Какой-то сумбурной, что ли. Беспорядочной. Граница звала меня назад.
— Вы меня не поняли, товарищ старший лейтенант.
Таран приподнял бровь.
— В самом деле? А зачем же ты еще тут можешь быть, кроме как долг Родине отдавать? Кроме как охранять покой страны?
— Конечно, не без этого.
Но есть еще одна причина — попав сюда, я смог защитить своих близких.
Таран сделал удивленное лицо. Однако не такое, какого можно было ожидать. Удивление оказалось для него скорее приятным. По крайней мере, мне так показалось."
"— Ну, каждый тут, в каком-то смысле, защищает близких. Но они где-то там, далеко. В Союзе.
— Это верно, — согласился я, — но не совсем мой случай.
— Это как?
— Секрет это, Анатолий Сергеевич.
Таран кратко рассмеялся.
Сказал:
— Ну что ж. Чужая душа — потемки. У всех тут бывают свои секреты. Бывают такие вещи, о которых разговаривать даже с близкими товарищами, с друзьями не хочется.
На миг мне показалось, что во взгляде шефа промелькнула какая-то странная грусть. Показалась она совсем не надолго, буквально на мгновение, а потом тут же скрылась за напускным официозом. Таран посерьезнел.
— И еще кое-что, — продолжил он, — приказ получил сегодня. Начотряда тоже за тобой присматривает. Распорядился повысить в звании.
С сегодняшнего дня, Саша, ты будешь ефрейтор. Первая ступенька, так сказать.
— Вот как, — удивился я и даже не стал этого скрывать.
— Лычки получишь у старшины.
— Есть.
— Но это еще не все. Вот.
Таран полез в карман, достал оттуда смятый конверт.
— В отряде забрал. Пограничная почта еще нескоро, но я увидел, от кого письмо, решил тебе привезти.
Я глянул на желтоватый конверт. Прочел на нем свое собственное имя, под которым служил сейчас Сашка.
— Насколько я знаю, от брата ты писем у нас еще не получал, — по-доброму улыбнулся Таран.
— Никак нет. Не получал.
— Надеюсь, там добрые вести, — сказал шеф, немного помолчав. — Ну что ж. Стать в строй, ефрейтор.
— Слушаюсь, — сказал я, а потом обернулся к строю. Отдал пограничникам честь и громко сказал: — Служу Советскому союзу!
— Ну че, народ⁈ — Кричал весело Стас, обнимая меня за плечи, — обмоем Сашкины медаль да новое звание⁈
— Ага, а чем обмывать-то? — Рассмеялся Вася Уткин.
