В ущелье въехали четыре всадника. Душманов вел сам Юсуфза.
Неспеша, шагом, они подъехали к агентам.
— Я и мой друг мистер Стоун, приветствуют тебя, Юсуфза, — вежливо сказал Саид Абади и слегка поклонился.
Тоже нехотя сделал и Стоун.
Юсуфза, не слезая с коня, молча кивнул.
Стоун заметил у него за спиной новый советский автомат.
— Невежливо получается, — сказал главарь бандитов на Пушту, — мы вошли в ущелье только вчетвером. Я взял мало людей, а значит, доверился вам. Прискорбно видеть, что вы мне до сих пор не доверяете.
— О чем он говорит? — Шепнул Стоун Саиду.
Но тот только торопливо отмахнулся. Вместо этого сказал Юсуфзе:
— Что вы имеете в виду, Захид-Хан?
— Я имею в виду ваших людей. Они, словно летучие мыши, попрятались в скалах и держат нас на мушках. Я нахожу это невежливым.
Саид Абади помолчал несколько мгновений. Потом поклонился.
— Меры предосторожности. Сами понимаете, как в этих местах опасно сейчас.
— Прикажи им уйти, — сказал Юсуфза. — Иначе я не стану с вами говорить.
Абади покивал.
Попросил Стоуна связаться со снайперами, засевшими на вершинах ущелья. Попросил, чтобы агент снял их с позиций.
Стоун некоторое время отпирался, но недолго. Он все же поддался на уговоры Абади и отошел, вручив Саиду поводья лошади. Каснувший гарнитуры в ухе, заговорил со своими людьми.
— Мы сделали, как вы просите, — сообщил Саид.
Юсуфза недоверчиво скривил губы. Спешиваться все же не стал.
— Если американец переживает, что я не сдержу своего слова — он меня не знает, — сказал Юсуфза.
— Уговор, есть уговор. Мы пойдем на заставу шурави.
— Мы не сомневаемся в вашем слове, Захид-Хан, — сказал Саид, — и признаться, решили увидеться совершенно с другими целями.
— Что вы хотите?
Саид пару секунд помолчал, подбирая слова. К этому моменту вернулся и Стоун. Взял у Саида стремена своей лошади.
— Русский, которого вы взяли не так давно. Мы бы хотели обсудить условия его передачи в наши руки.
— Зачем вам прапорщик советской армии? — с холодом в голосе спросил Юсуфза.
Несколько мгновений Саиду понадобилось, чтобы понять, о каком прапорщике идет речь.
Потом он торопливо заговорил:
— Нет-нет. Я говорю о советском разведчике, что находится сейчас у вас в плену.
Захид-Хан скривился от неприязни, захлестнувшей его. Надменно приподнял бороду.
— Я не люблю, когда за мной шпионят, — не стал он отпираться.
— Если дело в деньгах, назначьте цену, — пожал плечами Саид. — Американское правительство даст больше, сколько бы ни предложили шурави.
