Затем встретили группу беженцев, в основном женщин и детей. О семьях пограничников они ничего не знали, просили взять их с собой.
– Нельзя, – объяснял интендант. – Боеприпасы везем.
– Может, нам по дороге? Вы не в райцентр?
– Мимо проедем, а затем свернем.
– Ну хоть до поворота, – упрашивали его."
"Тимофей тронул машину и прибавил газ. Вскоре увидел сразу три подбитые, со спущенными шинами, полуторки. Четвертый грузовик, тяжелый ЗИС-5 сгорел. Вокруг машин валялись патронные ящики, некоторые разбитые, в пыли россыпью лежали винтовочные обоймы.
Кузов и кабину ЗИС-5 разнесло и сплющило. Виднелись лопнувшие цинки, патроны взорвались от огня. Метрах в трехстах стояли на обочине еще несколько грузовиков, тоже загруженные.
– Меня за одну полуторку под трибунал грозились отдать, – возмущался интендант Олег. – А здесь целую колонну бросили. Вон, ЗИС-5 целехонький стоит. Может, на ходу. Давайте завести попробуем.
– Не надо останавливаться, – убеждал его Мальцев. – Будем гнать, пока немцев не видно.
Но в интенданте, возрастом не старше Николая, уже играло мальчишество.
Олег хотел показать, что он не просто тыловик, а энергичный, смелый командир. Вместо одной машины две пригонит.
– Тимофей, ну-ка глянь.
Водитель послушно спрыгнул, за ним последовал техник. Олег не понимал, что нельзя останавливаться на дороге, по которой движется враг. Прошли передовые части, за ними следуют другие. В любой момент может показаться посыльный мотоциклист, а то и броневик.
Мальцев приказал Петру следить за дорогой, а сам подбежал к брошенному грузовику.
Поодаль разглядел тела двух красноармейцев. Тимофей, не обнаружив ключа, пытался соединить зажигание напрямую. Опыта ему явно не хватало.
Связываться с незнакомой машиной хлопотное дело. Это знали и Николай Мальцев, и шофер Тимофей Шугаев. Но неожиданное упрямство проявил техник-интендант.
– Вот эти провода соединяй… и тот посмотри.
– Не получается, – бормотал Тимоха.
Николай выругался, осмотрел шины. Они были целые, значит, машина может двигаться.
Увидев открытую крышку бензобака, догадался, в чем дело. Сунул в горловину сухой прут.
– Бак пустой! Бросайте все и бегом в машину.
– Дольем из запасной канистры, – начал было спорить интендант Олег.
Но им махал и одновременно кричал сверху Петр Чернышов, девятнадцатилетний пограничник, принявший вчера свой первый бой.
– Немцы! Фашисты! Сюда катят.
Потребовалось три минуты, чтобы среагировать на опасность, бросить ЗИС-5 и добежать до своей полуторки.
