"
"На этот раз он запустил пальцы в ее волосы и сжал их на затылке с такой силой, что зубы Инги невольно клацнули. А потом приблизил ее лицо к своему.
Темный, наполненный сумасшествием взгляд тарианца поймал ее собственный. И тело Инги отозвалось глубокой внутренней дрожью.
— Вот так, — процедил Онезис, впитывая в себя отголоски ее животного страха. — Теперь я владею тобой, моя сладкая. Я чую твой страх.
И я знаю, как его разбудить.
В сознании девушки вяло шевельнулась какая-то мысль.
Эмоции. Этому чудовищу нужны ее эмоции, и сейчас он получит их, если она не возьмет себя в руки!
Инга закрыла глаза.
Она должна успокоиться. Нельзя допустить, чтобы этот монстр насытился ею!
Но легче сказать, чем сделать.
Страх поднимался из глубины ее естества темной, неумолимой волной, которая росла как цунами, обещая поглотить целиком.
И казалось, во всей вселенной нет силы, способной остановить этот панический ужас. Ужас, который все живые создания испытывают перед мощью стихии.
Для Инги Онезис был стихией. Бессмысленной и разрушительной. Как ураган или лавина, метающие все на своем пути. И она даже не представляла, как с этой стихией можно бороться.
Но вот в ее голове, среди безликих обрывков, вспыхнула яркая мысль:
«Ты можешь! Борись!»
Откуда она пришла?
Инга отстраненно отметила, что эта мысль не принадлежит ей.
Она пришла извне и всколыхнула серую массу, в которую превратилось сознание девушки.
«Дыши глубоко. Расслабься. Сконцентрируйся на моем голосе».
Голос был знакомым, но таким властным и жестким, что ей захотелось спрятаться от него.
Он раз за разом вонзался в ее мозг, точно острое шило, и боль, причиняемая им, была сильнее, чем страх. Голос не давал сосредоточиться на происходящем. Отвлекал от жадных рук теркхаев, которые шарили по ее телу, от темной фигуры Онезиса, нависшей над ней.
Она захныкала, заелозила, желая свернуться в комочек.
«Отстань! — мысленно закричала в пустоту.
