Все, что он мог, это спасти Ингу. Дать ей возможность бежать с корабля до того, как его притянет энергосетью к штурмовику.
Но он не учел одно обстоятельство.
— Ты решил принести себя в жертву, да, Аллард? — прошептала девушка, машинально качая головой в такт словам, но ее шепот растворился, не дождавшись ответа. — Ты не можешь так со мной поступить… Не можешь!!! — закричала она, чувствуя, как горечь обдирает пересохшее горло. — Ты спросил, чего хочу я?! Что нужно мне?! Или тебе плевать на мои желания?! На наши желания…
Наши…
Ведь она теперь не одна.
Ей вдруг стало жарко, словно температура воздуха подскочила сразу на тридцать градусов. Захотелось сорвать с себя комбинезон.
Задыхаясь, она трясущимися руками расстегнула магнитные крепления, державшие шлем. Губы дрожали, когда она ловила ими сухой и безвкусный воздух. А внутри будто закручивалась тугая пружина, готовая выстрелить в любой момент.
— Если ты сделаешь это!.. — ее голос сорвался на хрип. — Если сделаешь… — повторила, беззвучно шевеля немеющими губами, — я буду ненавидеть тебя всю свою жизнь… До последнего вздоха…
Ей никто не ответил.
За доли секунды капсула пронеслась по эвакуационному колодцу и вылетела в открытый шлюз. Она вспыхнула на экто-экране «Кризалис» крошечной желтой точкой. А минуту спустя автоматика включила основные двигатели и направила челнок с единственным пассажиром в сторону Беты Тариана — второй космической станции тарианцев, которая была Домом Сорн Дайлеров."
"Аллард несколько секунд наблюдал, как она удаляется, и вместе с ней, казалось, он терял часть самого себя.
Очень важную часть. Ту самую, без которой невозможно дышать полной грудью.
— Прости меня, если сможешь, — глухо прошептал он, зная, что Инга его уже не услышит.
А потом развернул пылающий «Кризалис» в сторону штурмовика и врубил оставшиеся двигатели на полную мощность.
* * *Инга не знала, сколько времени продолжался полет.
Сначала она сидела на полу, все еще на что-то надеясь. С наивной верой ожидая, что вот-вот откроется люк и в нем появится привычная маска, за которой будет скрываться внимательный и спокойный взгляд Алларда.
И что она услышит, как раздастся его голос, хладнокровный и в то же время заботливый.
Но секунды сливались в минуты, минуты в часы, а капсула мчалась в космическом пространстве, не сходя с запрограммированной траектории. Автопилот ловко уклонялся от возможных помех. Он нес груз государственной важности, так значилось в его протоколах.
