Ведь этот челнок был предназначен для спасения жизни единственного наследника Тарианской империи, и лишь по чистой случайности в нем оказалась девушка с далекой Земли.
Жилой отсек капсулы был оборудован с небывалой роскошью и комфортом. Но Инга не заметила ни того, ни другого. Она даже не заметила, сколько времени просидела, сгорбившись, на полу, прежде чем поднялась и, с трудом передвигаясь на ослабших ногах, добралась до кресла.
Здесь эргономичный материал принял в себя ее тело и моментально подстроился под параметры девушки.
Она будто оказалась в надежной колыбели. Мерное гудение двигателей должно было успокоить расшатанные нервы, легкая вибрация — укачать, но ни то, ни другое не помогало. Инга просто полулежала, закрыв глаза, а из-под ее плотно сомкнутых век медленно, одна за другой, катились слезы.
Только сейчас она вдруг осознала, что в ее жизни есть кто-то, кого она не хочет терять. И пусть Аллард был бесчестен с ней, пусть силой присвоил себе, лишил прошлого и разлучил с сыном, но теперь ее будущее казалось бессмысленным, если в нем не будет его.
И ребенок…
Неужели она действительно зачала? Вряд ли Аллард способен так жестоко шутить!
Перед внутренним взором Инги, как наяву, пронеслась их жаркая встреча. Жадные ласки, всепоглощающая страсть и безумие, которое в тот момент овладело ими обоими.
Она несмело положила ладонь на свой плоский живот. Ее пальцы немного дрожали, а дыхание сбилось.
Сколько раз он взял ее тогда? Два? Три? Или больше? Она сбилась со счета от бесчисленных волн удовольствия, что накатывали на нее раз за разом.
Ее тело горело в его руках, плавилось, добровольно подчиняясь мужскому напору. Казалось, Аллард был ненасытен, казалось, ничто не сможет утолить голод, пылавший в его глазах…
И кто знает, может уже тогда он предчувствовал, что придется расстаться и, как всякое живое создание, хотел оставить что-то после себя?
Говорят, близость смерти усиливает инстинкт размножения. Говорят, в древности воины, прежде чем уйти на войну, старались сделать жену беременной, чтобы остался наследник.
Инга не знала, так ли это на самом деле. Но мысль о том, что в ней зародилась новая жизнь, придала ее отчаянию новый оттенок. И у нее было много времени, чтобы подумать об этом.
* * *Наверно, она все-таки уснула или впала в недолгое забытье. Проснулась резко, от чувствительного толчка, и только потом сообразила, что некая сила извне резко остановила полет.
