Лицо незнакомца казалось одним черным пятном, но Инга догадалась, что это защитный экран, такой же, как у Алларда.
Она окинула взглядом пространство за спиной гостя. Но там все было настолько нечетким и размытым, что рассмотреть что-либо не представлялось возможным.
Гость шевельнулся.
— Адмирал, рад видеть вас в добром здравии, — заговорил он на космолингве. — Вижу, вы не один.
Инга застыла, вцепившись побелевшими пальцами в столовый прибор.
Незнакомец смотрел на нее в упор, и ей не нужно было видеть его глаза, чтобы чувствовать этот взгляд.
А его голос…
Такой бархатистый, проникновенный и в то же время повелительный. Он словно прошил ее насквозь. Затронул какую-то струнку, о которой она сама даже не подозревала. Таким голосом мог бы говорить змей-искуситель в Эдемском саду.
Обескураженная, она с нервным вздохом отпрянула от голограммы, невольно прижимаясь к плечу Алларда, будто тот был единственной защитой между ней и этим пугающим незнакомцем.
— Ваше Высочество, — адмирал сухо кивнул. — Позвольте представить мою ливарри.
Долгий пронзительный взгляд сквозь темную маску.
Инга ощутила его каждой клеточкой тела. Он будто сканировал ее: разделял на атомы, осматривал каждый, чтобы потом собрать воедино. Казалось, незнакомец хотел вскрыть ее душу и прочитать то, что было написано на ее обратной стороне.
— Женщина, — прошелестел принц, и Инга уловила в его голосе снисходительные нотки, — землянка.
Она хотела поправить: клон. Но осеклась, когда Аллард сжал ее руку. Похоже, право слова ей не давали.
— Мой адмирал, вам надо бы познакомить нас поближе. Думаю, ваша ливарри могла бы рассказать мне много историй о своей расе и о Земле. Я был на этой планете только раз, но она оставила особые впечатления. Особенно женщины. — Внезапно принц обратился именно к Инге: — Скажи, девочка, ты же работала в «Тайных желаниях»? Что ты помнишь?
Это «девочка» прозвучало из уст венценосной особы с ноткой небрежности и превосходства. Словно она была для него мелкой помехой, не стоящей его драгоценнейшего внимания.
И Ингу это задело. Но она понимала, что возмущаться в этом случае бесполезно. Он принц. Она — клон. Этим все сказано. Он имеет право на высокомерие по отношению к ней.
Девушка взглянула на Алларда, ожидая поддержки. Тот ответил коротким кивком, давая ей разрешение говорить.
Она откашлялась. Под пристальными взглядами двух мужчин, чьих лиц ты не видишь, но чья аура давит на тебя тяжелым свинцом, говорить очень непросто.
Ладони Инги вспотели.
