Поиски утраченного завтра

С неба в экскаватор вдруг вонзился тонкий ослепительно-белый луч. В лицо мне ударило жаром, несколько стекол с грохотом разлетелись, а экскаватор вспыхнул багровым и оплыл грудой расплавленного металла, в которой с трудом угадывался силуэт строительной машины.

От облепивших экскаватор муссов не осталось ничего, кроме пара.

Вспышка была такая яркая, что мне частично выжгло сетчатку. Необычное ощущение.

На поляне творилось черт знает что. Зрение пострадало у всех – люди, хопперы, рили с криками разбегались в разные стороны, повсюду носились обезумевшие муссы, тоже утратившие зрение, но все равно пытающиеся убивать.

Выходило у них плохо, несколько на моих глазах сцепились друг с другом, один потерял ориентацию и вбежал прямо в раскаленные останки экскаватора, мгновенно припекшись к бывшей кабине. Но все-таки некоторые натыкались на людей и пытались их убить.

Я посмотрел на телохранительницу Василисы.

Как, черт возьми, она узнала про орбитальный лазерный удар?

Хопперша повернулась ко мне. Глаза ее сделались черными и бездонными, будто провалы в вечность.

– Контроль, – представилась она. – Ты поможешь спасти разумных, Никита Самойлов?

Большой Четверке не отказывают. Да мне и не хотелось.

– Запросто, – ответил я.

Хопперша схватила Василису и потащила к воронке, где уже скрылись Святослав с охранником.

– Мама, там мама! – завопила Василиса.

Вот в такие минуты и выясняется, кого ребенок больше любит – маму или папу.

– Сделаю все, что возможно, – пообещала ей хоп-перша и мощным толчком отправила вниз.

Васька всплеснула руками, скользнув в люк, и пол немедленно начал закрываться.

А мы с хоппершей кинулись обратно на поляну.

– Спасибо, что убрали ракету! – крикнул я, срывая с пояса рапиру.

– Это Стерегущие, – отозвалась та. – Четвертый постулат.

Трава на поляне пожухла, цветы завяли. Груда металлолома полыхала багровым, оседая в почву, вокруг по земле бежали язычки пламени.

– Здесь фонит, у стрелка был второй заряд, – сказала хопперша.

– Да мне плевать, – сообщил я очевидный факт.

– Тогда работай ближе к эпицентру, я хочу сохранить эту особь! – Хопперша резко взяла вправо, из рукавов у нее выскользнули два коротких клинка, не то кинжалы, не то даги. Хопперша вихрем прошла мимо трех муссов – и те рухнули на землю. Я даже не заметил, как она наносит удары.

У меня такой скорости и техники не было, несмотря на весь опыт. Зато мне не нужно было думать о защите. Я шел напролом, ловя в тело пули и натыкаясь на клинки.