Поиски утраченного завтра

– Очень, – согласился ани. – Обычным разумным видам проще. Ваше поведение определяет множество факторов, вы можете нарушать законы и правила, включая постулаты Большой Четверки. Это опасно, но вы можете. Я – нет.

– Но ты нарушил третий постулат Стерегущих, – сказал я.

– Третий и четвертый, – уточнил ани. – Иммунитет и Соразмерность. Я не вправе принуждать к чему-либо, включая смерть, участников Слаживания. Во взаимодействии с участниками Слаживания я не вправе использовать силы, выходящие за пределы доступных им.

– И ты нарушил эти постулаты.

– Ты убил девушку. Разумное существо в Слаживании. И поспособствовал гибели еще двух людей.

– Они воскресли, – ответил ани.

– Неправда. Воскресли их более ранние версии. Это все-таки смерть.

– Как ты смог нарушить два постулата?

– Любые постулаты отменяет угроза для Слаживания.

Я кивнул. Так… это уже что-то!

– Но ты искусственный интеллект с жестко введенными ограничениями, – сказал я. – Тебе нельзя просто дать приказ, сказав, что Слаживание под угрозой! Ты должен оценить аргументы, после чего принять решение.

– Да, – произнес ани.

– Кто отдал тебе приказ отправиться на планету?

– Лидер линкора Стерегущих, – быстро ответил ани.

– Верю. А кто управлял тобой на планете?

– Посредник, у которого был код подчинения. Хоппер по имени Разрешающий Последние Сомнения. Кто отдавал приказы ему, мне неизвестно.

– Как удобно, – сказал я с горечью. – Концы в воду… тьфу, в огонь. Ладно, будем работать с тем, что имеем.

Прозрачная статуя девушки чуть шевельнулась.

– Наверное, – признал я. – Хотя, черт подери, ума не приложу, как это сделать. Заморозить, испарить? Отравить?

– Можно просто отдать приказ, – сказал ани. – Я включу цикл саморазрушения.

Помолчав, он добавил:

– Хотя мне бы этого не хотелось.

– Да какая тебе разница? – зло спросил я. – Ты умрешь завтра. Тебе остался всего один день!

– Это двадцатая часть моей жизни, – просто ответил ани. – Представь, что у тебя отнимают пять лет.

– Остаток жизни не доставит мне радости… – пробормотал я.

– Это же садизм, – добавил я. – Создавать разумное существо, которое проживет двадцать дней и знает это с самого рождения!

– При создании нам всем задают вопрос, согласны мы ли жить, – тихо произнес синтет.

– И вы соглашаетесь?

– Это все, что у нас есть, землянин Никита.