Поиски утраченного завтра

 – Не лезли бы в чужие тела… Но я позвала тебя не ради слов, Никита.

Я кивнул и с любопытством посмотрел в глаза Визел.

– Наш народ к землянам хорошо относится, – продолжила Визел. – Вы и воевали с нами честно, и живете правильно.

– Да где мы с вами воевали… – пробормотал я. – Так, поцарапались…

– Как сказать… Я хочу тебе помочь, Никита.

– Ты живешь дольше, чем обычные земляне. Но поменьше нашего. И мы все-таки из Большой Четверки.

– Вы самые слабые, – осторожно заметил я.

– Нет. Мы самые сильные. Мы можем гасить звезды, сворачивать пространство, сжигать вакуум.

– Вы солдаты, – сказал я. – Армия Слаживания. И, как любая хорошая армия, вы не станете бунтовать, даже если вам что-то не нравится.

– Верно, – ответила Визел. – Мы слишком хорошо понимаем, что случится, если выступим против остальных из Большой Четверки. Больше всего пострадаете вы, обычные виды Слаживания. Пока мы будем ломать пространство и время – вы будете умирать миллиардами.

– Жалко, – признался я. – Но я понимаю.

– Раскрыть тебе все, что знаю или о чем догадываюсь, я тоже не могу. Это запрещено, – продолжала Визел. – Эта зона одна из самых защищенных на линкоре, но я не могу быть уверенной в приватности.

– Но я могу встретиться с тобой, поговорить, ответить на какие-то вопросы… И если задашь правильный, то кое-что поймешь.

– И сделаю за вас то, на что вы не решаетесь.

– Мне кажется, что я уже все или почти все понял, – сказал я. – Последние ответы я найду на Граа. Но спасибо.

Визел пожала плечами.

– Сколько вопросов можно задать? – спросил я. – И каких?

– Несколько. Обычных. В меру компетенции механика.

Я огляделся. Приходилось исходить из того, что наш разговор могут слушать. Здесь не было Думающего, а чего стоит экранирование Стерегущих против возможностей Слаживающей, я не знал. Но Визел ждала, и я спросил:

– Это старый линкор?

– Не особо.

– О да, – сказала Визел. Помедлила. – Не так много, как его предшественники, конечно… Но повоевал. Лет пятьсот назад не вылезал из боев на дальних рубежах.

– Сейчас легче? – спросил я задумчиво.

– Я рад, что спас вашу дочь, – сказал я. – Хорошей работы, главный механик. Уверен, вы разберетесь с вашим… умножителем.

– Все? – удивилась Визел.