Покаяние пророков

Открой секрет, как? М-может, он посвятил тебя в масоны? М-может, ты у нас уже мастер? Или повыше, какой-нибудь гроссм-мейстер?

— А у меня ощущение: и вы тащите меня в какую-то ложу.

— Правильное ощущение. Пора и н-нам сбиваться в стаю и жить по законам стаи. Жестоким, но справедливым. Т-ты вот здесь пишешь — смена элит. Согласен. М-мы должны создать свою. А чтоб она стала жизнеспособной, н-на миру хоть глотки грызите друг другу, но внутри, в т-тайне от чужих глаз, — истинные б-братские отношения.

 — Он постучал пальцем по диссертации. — Это не мои идеи — т-твои. Хочешь, процитирую?

— Не надо, я все это забыл и вспоминать не хочу.

— Это написано сонорецкими старцами двести лет назад, — объяснил Космач. — Я у них передрал.

— А как про сегодняшний день! — всплеснул руками Данила. — Таким выводам хочется верить… Но ты не обольщайся! Защититься я тебе помогу в любом случае, не исправляя ни одной строчки и почти без скандала. Но запомни: ты будешь всегда неугоден и левым, и правым, и атеистам, и верующим, и новаторам, и консерваторам.

Потому что ты не принадлежишь ни к какой элите. Должно быть, ты сам это понял, иначе бы не почувствовал конфликта со средой обитания. И не уединился в своей деревеньке.

— Никогда не предполагал, что в элиту принимают, как в партию. — Космач глянул на часы — половина девятого, на улице солнце, и стена замка почернела от талого снега.

— Ладно тебе прикидываться-то!.. Не принимают, а приватно приглашают достойных.

Видел, кто возле Цидика вертелся? Сроду не подумаешь, какой-то технарь Желтяков оказывается настолько близким к нему, что ходит через черный ход.

— А он что, технарь, Желтяков?

— Кто же еще? Преподает в Технологическом и подвизается в оборонке.

Что-то удержало сказать о письме Цидика, адресованном профессору, махнул рукой.

— Так вот, Космач, я приглашаю тебя в нашу стаю.

— Спасибо, но что я должен делать?

— Пока ничего особенного. Для начала пойдешь работать к нам в управление.

В качестве вассала.

— А что за такое хитрое управление?

— Главное управление ревизии архивов, — с удовольствием объяснил Василий Васильевич, — Сокращенно ГУРА. Почти учитель в переводе с тибетского.

— И что за работа в этой ГУРе?

Данила порылся в шкатулке с трубками, извлек совсем маленькую, набил сладковатым на запах табаком и стал просто посасывать мундштук. На ироничность он не обращал внимания.