Покаяние пророков

Космач вышел из сельсовета, за углом в крапиве сунул пальцы в рот, после чего еще раз наведался в лавку и принес две бутылки.

— Ага! — обрадовался председатель. — Но все равно метриков не получишь.

Но когда обе бутылки приговорили, размяк. На удивление, он почти не пьянел, а лишь багровел и духарился.

— Добро, выпишу. — Но бланк не доставал — Давай на руках потягаемся?

Космач не мог поддаться ем> из принципа, ибо еще не встречал человека, кто бы мог его завалить. И испортил все дело. Председатель надулся, как хомяк, опорожнил полбутылки из горлышка и сунулся головой в диван.

Спал он часа два от силы и проснулся больной и свирепый.

— Сколько лет человеку?

— Новых не дам, старого образца надо.

Он попил воды, глянул в зоревое окошко и полез на карачках в нижнюю часть шкафа. Прежде чем нашел бланки метрик, выгреб целый мешок макулатуры: пачку свидетельств о браке, внушительную стопку — о смерти, после чего сел на полу, потрепал бумаги и сказал с глубокой философской тоской:

— Кто-то не родился, кто-то не женился, кто-то не умер…

Бланки строгой отчетности, но давно списанные и на всякий случай не уничтоженные, лежали там, пожалуй, лет двадцать, от времени и пыли состарились, потускнели и выглядели как надо.

Председатель под диктовку выписал свидетельство, шлепнул печать и посоветовал немного подержать на солнце, чтоб чернила выцвели.

Космачу тогда в голову не пришло, а похмельный председатель или схитрил, или не соображал, что одних только метрик мало, что должна быть еще и регистрация в соответствующей книге.

Получилось, документ сделал, но так и не записал в понимании кержаков, оставил без учета.

Это выяснилось лишь в городе, когда Космач без особых хлопот прописал Вавилу у себя и повел в милицию получать паспорт. А там то ли что-то заподозрили, то ли правила требовали сделать запрос в воротиловский сельсовет — запросили, и недели через две оттуда пришел ответ, что такой рожденной гражданки не значится.

Не зря грешил на председателя Ириней Илиодорович, видимо, цивилизованный кержак таким образом сдавал своих единоверцев властям.

Липовое свидетельство изъяли, прописку аннулировали и пришли забирать Вавилу, но она за несколько минут до того почуяла опасность, выбежала на улицу и спряталась на детской площадке. Потом на квартиру к Космачу стал ходить участковый, а среди ночи постовые — спрашивали о племяннице и чуть ли не обыски устраивали.