Покаяние пророков

А появятся — нянчить станет.

Предупрежденный Вавилой, Космач ждал этого разговора и согласился со скрытой радостью.

— Добро, возьму твою дочку.

— С ней я соболей пошлю, на прокорм.

Отказываться было нельзя: странники щепетильно подчеркивали свою полную самостоятельность и независимость — сказывался неистребимый боярский дух!

Ириней поехал провожать их до переправы через Сым. И по дороге наконец-то разговорился, так что весь остаток пути до Воротилова Космач повторял про себя истории и колена боярских родов по всей Соляной Тропе от семейских староверов на востоке до поповцев белокриницкого согласия в Румынии.

Вавила заметила это, однажды подъехала сбоку, стремя в стремя, спросила с затаенной страстью — с такой же, как бороду ему медом мазала:

— Ты что же. Яри и Николаевич, молишься всю дорогу?

— Молюсь. боярышня. — отозвался он.

Председатель воротиловского сельсовета был знаком ему еще с прошлого года. Отсюда Космач заходил в разведочный маршрут, и еще тогда начальник этот не понравился: хмурый, напыщенный, глядит на тебя и не видит, ученый ему, не ученый — все равно.

И пока Космач добивался от него, чтобы взглянуть на старую, еще тридцатых годов, далеко не точную сельскохозяйственную карту, выяснил, что председатель тоже из кержаков, только давно отставший от общинной жизни, слегка образованный, оцивилизованный и безбожник. И еще узнал, что точно такая же карта висит в хомутовке на леспромхозовской конюшне и не составляет никакой военной тайны. Недолго думая, ученый муж купил бутылку и очень легко выменял ее на творение советской картографии. На сей раз Космач сразу же поехал на конюшню, сдал лошадей, оставил своих спутниц в хомутовке, а сам завернул в магазин и лишь потом предстал перед властью. Председатель все понял, но заворчат:

— Вот бы сразу так и в прошлом году. А то бумажками тряс…

Тянуть было нечего, после первого стакана ученый муж изложил суть дела, на что начальник сразу не ответил, а запер дверь и разлил водку. Помня его родову, Космач подгонять не стал: кержаки-тугодумы сразу никогда не отвечали, бываю, не по одному дню манежили.

Выпили еще, и председатель разлил остатки.

— Значит, выписать свидетельство? — наконец-то переспросил вроде бы для порядка.

— Ну или бланк с печатью, остальное сам напишу, дело нехитрое, — предложил ученый муж.

Тот быстренько хлопнул свою порцию, взял стакан Космача и пригубил.

— Бланки строгой отчетности. Так что, паря, топай отсюда, пока в милицию не сдал.