А тут – чистый цирк: то стой, то поезжай, ну зачем вчера ко мне мешок с расчлененкой сунули? Воняло страсть, что, нельзя было труповозку дождаться?
– Так на морозе часа два стоять бы пришлось, – ответил Слава, – пока трупная команда подъехала бы, мы бы замерзли. И ничего не воняло, никто и не почувствовал.
– Не просто воняло, а смердело, – не успокаивался шофер, – вы-то быстренько из фляжки хлебанули – и хорошо, а мне никто не дал.
– Тебе нельзя, – примирительно заметил Слава, – ты за рулем!
– А вам на работе можно?
– Только для профилактики простудных заболеваний, – отбивался Самоненко.
– Кончай базар, – велел Костин и резко спросил: – Почему мне не сказали о переезде?
– Не успели.
– Безобразие, – обозлился Костин и сердито ткнул шофера в спину: – Сворачивай тут, поесть пойдем.
– А не надо пихаться, – заныл водитель, – можно словами сказать.
– Заткнись, Вадим, – велел Слава.
Домой я вернулась поздно вечером, устав до крайности. Володя устроил мне допрос по полной программе, двадцать раз задавая один и тот же вопрос, но я стояла насмерть, как Брестская крепость, выдавая информацию гомеопатическими дозами.
Ничего противозаконного я не совершала. Просто сидела в отделении милиции, куда меня притащили по обвинению в ограблении собственной квартиры. Когда недоразумение выяснилось, Катерина пошла за машиной, а мимо меня волокли Антона Бурлевского, который бился в истерике. Вот тогда я и решила помочь парню… И быстренько выложила правду про Веру Зайцеву, клофелин и сына модного писателя Никиту.
– Значит, захотела поработать частным детективом, – хмыкнул Володя, – от скуки, так сказать.
– Абсолютно бесплатно, – быстро добавила я, – только чтобы Антона выручить.
– Вы с Катериной два сапога пара, обе сирых и убогих жалеете! – вздохнул майор. – А как ты на Монахова вышла?
Но у меня уже был наготове ответ на каверзный вопрос:
– Соседка рассказала.
– Какая? Имя, фамилия?
– Не знаю, во дворе встретились. Вот она и сообщила, что хорошо знала Зайцеву, а та ей жаловалась на Монахова, якобы он жутко ревнивый.
– Адрес Монахова откуда узнала?
– Мосгорсправка дала!
– Так, – протянул Костин и вновь поинтересовался описанием соседки.
– Ну, невысокая кареглазая шатенка, между тридцатью и сорока.
– Особые приметы?
– Не заметила.
– Так, – повторил Володя и забарабанил пальцами по столу.
Через минуту он сказал:
– Ну что ж, дело закрыто.
– Антона выпустят?
– Обязательно.
