Полюса притяжения

Машинально отряхнув брюки, возмущенно взмахивает руками, вознося их к потолку, будто к небу.

— Аллах-Аллах… Тихо, девочка. Тихо.

Напускает на лицо привычную суровость.

— Завтра мама даст тебе работу по дому. Будешь помогать в кухне. Или вышивать.

— Я ненавижу вышивку, — едва не взвывает девушка, садясь на постели. — У меня плохо получается. Ненавижу! Ненавижу!

Мехмед от столь эмоционального всплеска лишь отмахивается.

— Будешь стараться, получится.

Полночи Яна проводит у окна. Из ее спальни не видно моря.

Но у нее все еще остается небо. Вглядываясь в его прекрасную темноту, невольно ежится, обхватывая себя руками.

— Как же ты высоко… Как далеко… Не дотянуться… — шепчет тихо, будто завороженная.

«Я же без тебя не могу, Раг…»

«Я люблю тебя… Денис Рагнарин… Я тебя люблю…»

Разве может быть такая любовь безответной? Разве так она заканчивается? Как перестать ждать, если внутри упрямо тлеет надежда на то, что он приедет?

Это, безусловно, наивно и глупо. Рагнарин не знает, где она находится.

Да и не стал бы он ее искать, после всего, что произошло. Ясно дал понять, что отношения закончены.

— Запомни, котенок. У каждого есть право быть именно тем, кем он хочет быть.

«А я хочу быть твоей…»

Больше всего на свете. Ничего другого ей не надо. Ничего. Если солнце больше не взойдет, если не увидит больше никогда моря, если утро никогда не настанет — все это неважно.

«Прости же меня, Раг…»

«Найди в себе силы…»

Следующий день проходит веселее, чем тусклая череда предыдущих. Вся работа, которую Яне поручает мать, конечно, невообразимо скучная.

Но в кухне находится телевизор, который она, не дожидаясь позволения со стороны отца, включает, как только ее зовут вниз. У них нет Netflixa или чего-то отдаленно подобного, но есть каналы, на которых показывают турецкие сериалы.

— Не уверена, что тебе стоит это смотреть, — хмурится выкладывающая на стол овощи мать.

Янка не успевает возразить. Готова начинать канючить, когда за нее вдруг вступается отец:

— Пусть смотрит.

Хуже уже не будет.

— Как скажешь, — не слишком довольно бубнит Наталья, но спорить с мужем не решается.

Дождавшись, когда он уйдет в пекарню, отчужденно выдает дочери первые поручения:

— Перемели мясо. Начисти овощи и фрукты. Когда все будет готово, позовешь. Я буду на улице.

— А потом… Отец велел показать тебе вышивку.

— Мама, пожалуйста, — порывисто восклицает Яна. — Я лучше пойду во двор работать.

— На улицу тебе нельзя. Да и нет там зимой для тебя работы.