Но сегодня ночью спокойно спать не суждено – настойчивый стук в дверь, будто её кто-то намеревается выбить, вырывает из царства Морфея. Я не сразу понимаю: наяву этот стук или всё же часть моего сна.
Сонная бреду по тёмной квартире. Замерев напротив двери, не спешу открывать – ну мало что могло случиться, вдруг какой-то сосед на пьяную голову перепутал квартиру (были уже прецеденты).
– Кто? – охрипшим ото сна голосом.
– Насть, это Лида.
Лида? Что за нафиг?
Открыв дверь, впускаю Лиду в квартиру. Щёлкаю выключателем в коридоре и щурюсь, ослепнув на какой-то миг от яркого света лампы.
Лида выглядит взволнованно, дышит часто и тяжело, словно бежала по ступенькам не один этаж.
– Лид, случилось что?
– У тебя почему телефон отключён? Мне на телефон пришла пожарная тревога – сработала сигнализация.
Я туго соображаю. Тревога. На телефон. Пожарная сигнализация.
Что-о-о?
– Студия… – губы немеют, крупная дрожь по телу.
Лида встряхивает меня, схватив за плечи:
– Насть, собирайся! Ну скорей же! Я с папой приехала на машине, он ждёт под подъездом.
– Да. Да… Собираюсь.
Ещё до конца не осознавая, что это впервые за весь год, когда сработала пожарная сигнализация, я бреду в комнату. Включаю свет, открываю шкаф: джинсы, майка. Одеваюсь на автомате. Это потом я пойму, что это была защитная реакция психики – отрицание.
Через пять минут мы с Лидой уже сидим в авто её отца. Я сумбурно соображаю, что буду делать, когда машина приедет на Химиков. Отрешённо смотрю в окно на ночной город, а перед глазами всё мелькает кружочками, как эффект боке на фотографии.
Машина тормозит в десятке метров от фотостудии, а я уже готова выпрыгнуть на ходу – огромную пожарную машину я увидела издалека, как и столб дыма.
Господи…
Открыв в машине заднюю дверцу, я сразу срываюсь на бег. А там всё огнём полыхает, глаза щиплет от едкого дыма. Но я не хочу верить, что моё детище… моё самое дорогое, нет.
– Девушка, вы куда? Туда нельзя, – кто-то хватает за руку, но я умудряюсь вырваться и снова бегу, перепрыгиваю через пожарный шланг.
Уже у самого входа в студию я понимаю, что языки пламени слишком большие – не пройти, да и не дают мне этого сделать. Один из пожарников блокирует вход. Кричит на меня, рьяно размахивая руками. Но разве я сейчас в состоянии его слышать?
***
За окном ещё темно, а я уже в кизяках. Сижу на чужом диване в чужой кухне и убиваюсь в хлам. Лида привезла меня к себе домой, а я и не сопротивлялась, пребывая в таком состоянии “вот-вот на грани”.
