– Пап, иди спать. Я с Настей посижу, – говорит Лида, а я отрываю взгляд от пустой рюмки и смотрю на отца Лиды, натянуто ему улыбаюсь.
– У вас хорошая дочь, Владимир. Гордитесь.
Мужчина кивает и молча покидает кухню. И я вдруг понимаю, что создаю проблемы чужим людям: нажралась тут как свинья, сижу и наматываю сопли на кулак.
– Лид, я поеду.
– Да куда ты поедешь, Настя? Оставайся.
– Нет, поеду, – увидев нахмуренный лоб Лиды, добавляю: – Да не волнуйся ты так. Что со мной станется? Вешаться я точно не собираюсь.
Подумаешь… Всего лишь сгорела моя мечта, моя фотостудия.
Поток слёз брызжет из глаз. Кажется, так много как последние два часа, я никогда не плакала. Да что там плакала? Сука! Мне никогда так не было больно. Даже на свадьбе Потоцких я не ощущала себя таким ничтожеством.
– Я боюсь тебя отпускать одну.
– Ща…
Схватив мобильный, звоню Данилу. Интересно: приедет за мной или нет? Хотя он ведь тоже может, как и я, ставить телефон на режим “не беспокоить”. Тогда динамо.
Потоцкий отвечает после пятого гудка, когда я уже собиралась положить трубку.
– Алло, – сонным голосом.
– Дань, забери меня.
– Ты где? – спрашиваю адрес у Лиды, диктую его Данилу: – Буду через полчаса.
Он кладёт трубку, а я тянусь за уже почти пустой бутылкой вискаря или бренди, да пофиг мне вообще на эту хрень, главное – она реально успокаивает.
Только-только начинает светать. Данил звонит на мобильный, говорит, что уже приехал.
Сунув айкос с мобильником в рюкзак, прощаюсь с Лидой.
Через пару минут тяну ручку на калитке вниз, выхожу за двор. Белый “Ровер” с включёнными фарами вблизи меня, значит, всё в порядке. Он здесь, приехал по моему первому зову.
На шатающихся ногах иду к машине, с трудом забираюсь в салон и, не говоря ни слова, падаю Данилу на грудь.
Снова слёзы и сопли. В грудной клетке адская боль, будто под рёбра загнали острый клинок.
Он обнимает меня молча, позволяет плакать. Я утыкаюсь носом куда-то в область его шеи и дрожащими губами издаю какие-то нечеловеческие звуки.
______"
"Друзья, расписывать подробно эту сцену не хочу. Очень больно то, что переживает Настя.
Глава 20
Дав показания следователю, я выхожу из полицейского участка. Данил ждёт меня на улице: стоит возле своего “Ровера” облокотившись бёдрами на капот.
Солнце слепит. Надев очки с тёмными стёклами, я иду к нему навстречу. На душе гадко и это мягко сказано. Я впервые за свою жизнь не знаю, что делать дальше.
