Полный оборот

 — Это мой личный выбор, ты тут ни при чём.

— С маленьким братом на руках легче замуж выйти, чем с братом и больным отцом. И долг у тебя. Ленка бухгалтер предупреждала меня, что ты с огнём играешь…

— Папа, этот долг ничто. Я тут узнала, что меня посадить могли, так что у нас всё просто отлично. Ты должен бороться и спокойно уехать в Германию, не возвращаться до полного своего выздоровления. У меня теперь зарплата будет хорошая.

— Конечно, мои любимые, — он замучено улыбнулся, протянул к Максиму руку. — Ну, сынок, кто у нас самый сильный в семье?

Макс неожиданно приободрился и выдал:

Я звучно ахнула, закрыв рот ладонью.

Вот кто бы сказал, когда этот волчара успел втереться в доверие моему ребёнку? Это он так Максима впечатлил вызволением из детского дома и покупкой нам продуктов. А ещё имел неосторожность признаться мне в любви, а для моего ребёнка слова «я тебя люблю» имели чуть ли не магическое значение.

Отец рассмеялся, а я скромно улыбнулась.

— Мы тебя ждём, папа, — я поцеловала его.

После больницы нас ждало кафе, и поход в гости к тёте Олесе Федоренко.

Хотела узнать, как её дела и попросить не буянить. Её адрес узнала в отделе кадров, надеялась, что она дома.

Олеся снимала маленькую квартирку на отшибе города, была приятно удивлена моим приходом. Лохматая, неопрятная, она пропустила нас к себе в прихожую.

— У тебя ребёнок? — почему-то удивилась девушка, глядя на Максима, который тут же поймал её пушистую белую кошку.

— Брат, но можно сказать, мой ребёнок.

— Нет. Олеся, Дятел сказал, что ты написала на женский сайт мою историю.

— Дятел это Дегтярёв? — она залилась смехом, запрокинув голову, но было в этом нечто от отчаяния.

— Послушай, Олеся. Мы с Нилом давно знакомы, не насиловал он меня и не посмел бы. Поссорились просто.

— Я не отступлю, — зыркнула упёртыми глазёнками через стёкла очков. — Он меня уволил, он сделал так, что меня вышвырнули из университета, хотя права не имели, а в суде я этого не докажу, у Джейкоб юристы сильные. Я попыталась устроиться на работу, в первые сутки меня отовсюду повыкидывали.

— Мне знакома ситуация, Ильич может, — согласилась я. — Оставь нас в покое, Олеся. Ты хороший художник и дизайнер, я смотрела твои работы. Не проблема будет устроиться на работу и в университете восстановится.

Она гордо поправила очки, и сложила руки на груди.

— Алёна, я про тебя всё узнала. Он же растоптал тебя. Ты же не такая, чтобы под мужика властного прогибаться.

— Смотря какой мужик, — сладострастно протянула я.