Помнишь, ты сказал, что я никто?..

Некоторое время мама молчала, но потом кивнула.

— Поговоришь с папой. Он тебе все расскажет, но пока что езжай в гостиницу и собирай вещи. Мы сегодня уезжаем из этой глуши.

Оказалось, что мама и папа ближайшим рейсом прилетели в Кастилию-ла-Манч. Оттуда на машине ночью приехали сюда, но лишь для того, чтобы забрать меня и Тадео. Так же сюда уже прибыл представитель семьи Монтеро и для нас всех уже не было речи о том, чтобы ехать в Ането.

Оказавшись в гостинице, я начала собирать свои вещи, но застыла около чемодана Тадео.

— Линзы, — прошептала, после чего села на пол и открыла змейку, начиная перебирать вещи парня. Линзы нашла в отдельном кармашке. Там же были и презервативы. — Кобелина… — прошипела, доставая несколько квадратиков. — С кем это он собирался спать в Ането?

Ответ мгновенно возник в сознании — с Нереей. 

Я захлопнула чемодан и зло сжала в ладони коробочку с линзами. Возникло желание прийти к Тадео в палату и швырнуть ему эти линзы в лицо.

Внезапно дверь без стука открылась и я, дернувшись, поднялась на ноги.

— Ты уже собрана? — спросил он, закрывая дверь и с пренебрежением осматривая простоту номера и старенькую мебель.

— Почти, — хотела сказать твердо, но в присутствии папы, говорила тихо. От него сейчас исходило нечто нехорошее и это невольно пугало. Заставляло замереть. — Я только нашла линзы. Нужно отвезти их Тадео.

— Положи на стол. Позже ему их отвезут.

— Камила, положи линзы на стол, — папа посмотрел на меня так, что у меня дрогнули руки.

Я села в кресло, но линзы все так же сжимала в ладони. Папа встал напротив меня и окинул строгим взглядом.

— Ты уже спала с Тадео?

— Что? Нет! — я широко раскрыла глаза и отрицательно помотала головой.

— Хорошо, — папа сухо кивнул. — Как далеко у вас зашло и когда это началось? Давно Тадео рассказал тебе, что он тебе не брат?

— Прошлой ночью, — я сильнее сжала коробочку с линзами. Для меня этот разговор был жутко неловким.

Папа опять кивнул, но пока что ничего не сказал. Держа ладони в карманах брюк, он прошелся по номеру и, остановившись около окна, оперся о подоконник руками. Я видела, что спина была сильно напряжена, но, все равно, сильно вздрогнула, когда папа взял стул и швырнул его в стену, из-за чего тот разбился в щепки.

— Ты уедешь, — папа все еще стоял ко мне спиной. — Сегодня же. Нет, сейчас же ты уедешь.