Попаданец 2.0

И до того мне в этот момент стало тошно и противно от самого себя, от всего этого мира, превратившего меня в некое непонятное чудовище, способное без каких бы то ни было угрызений совести поднять руку на себе подобного. Я чуть было не застонал, но вовремя вспомнив, что не один, только яростно скрипнул зубами, глядя на огромную, бледную и почти полную двойную луну.

Спутников у этой планеты, или чем там является этот мир? Блином на спине горбатой черепахи? Так вот, их было два. Солида – золотая, размером раза в три больше, нежели привычная земная Луна, и голубоватая Меркура – чуть поменьше своей напарницы, стыдливо прячущаяся за её покатый бок.

Вроде бы такие знакомые и вместе с тем совершенно не похожие на мою родную Луну сёстры, окружённые брильянтовой короной из россыпи звёзд, сияющих на медленно светлеющем небосводе.

Захотелось спрыгнуть с телеги, вырвавшись из осточертевшей компании случайных попутчиков. Забраться подальше в безлюдные земли и, словно волк, завыть на луны, пока и они не покинут меня, оставив в полном одиночестве, наедине с моими демонами.

Восход застал нас примерно за километр от крепостных ворот. Вместе с первыми впущенными в город крестьянскими обозами и купеческим караваном мы влились на его просыпающиеся улицы, оставив в жадных лапах городских стражников приличное количество серебра. Медленно потянулись фасады домов, улицы, парки, и, наконец, телега, скрипнув, остановилась перед воротами трёхэтажного особняка, во дворе которого, несмотря на ранний час, уже суетились люди.

– Приехали! – сообщил эльф и, заглянув под клапан внутрь фургона, мерзким, приторным голосом произнёс: – Таверна подана, господа хорошие. Выметайтесь, п-жалста.

– Цвет Аметиста, – прочитала баронесса название на вывеске, изображавшей крупный, стилизованный драгоценный камень, водружённый на лежащую на кровати поджаренную курицу.

Странные буквы, чем-то похожие на греческий алфавит, показались мне простым набором ничего не значащих символов.

Что бы там ни говорил Гуэнь о наложенном на меня лингвозаклинании, видимо, читать местные книги я всё же не мог.

Аккуратно высвободив руку из объятий всё это время буквально висящей на мне Мари, я спрыгнул на брусчатку. Ещё раз внимательно посмотрев на вывеску, отметил, что фигурно вырезанная из доски курица натурально дымится, распространяя вокруг себя ароматы свежеприготовленного блюда, от которых рот сразу же наполнился голодной слюной.