– Абсолютный щит, – Санаду обращает пойманную бумажку в прах.
Ментальная защита, полностью скрывающая мысли и чувства. И как тут подбирать пугающие выражения?
Видеть разумное существо, но не чувствовать – настоящая пытка для менталиста. Особенно для того, кто привык злоупотреблять своими способностями.
Это раздражает Санаду.
Заставляет чувствовать себя уязвимым.
Всё внутри него требует разбить эту защиту, проникнуть в мысли, наказать за зуд этого желания.
Впрочем, последнее присуще не каждому менталисту.
Но у Санаду проявляется очень остро.
Эзалон с мученическим видом откидывается на спинку кресла:
– Амулеты?
– Никаких амулетов не было, я проверил.
Абсолютный щит значит либо шпиона, либо менталиста с большими проблемами. Неосознанно такая защита возникает, когда последние пугаются дара или интуитивно закрываются от атак других менталистов. Такими студентами занимается лично наставник. И Эзалон почти сочувствует Санаду, покашливает:
– Ничего, подобный опыт у тебя есть, на индивидуальных занятиях разберёшься с этим щитом.
– Нет.
– Почему?
– Я тут подумал и решил, что больше не занимаюсь со студентками индивидуально.
– Студентками? – с подозрением переспрашивает Эзалон.
– А я разве не сказал, что это девушка? – рассеянно уточняет Санаду.
– Ладно, девушка, так девушка. Документы всё равно надо заполнить, – Эзалон взмахивает рукой. В одном из низких шкафов открывается ящик и оттуда телекинез выносит толстую папку с шестьюдесятью восемью требующими заполнения бланками о принятии иномирянки на обучение.
Бросает её на грудь Санаду. – Хорошо, что я заказал и такие бланки. Как чувствовал.
– Раз чувствовал, надо было меры принять. Что мы с ней с середины года делать будем?
– Поставим с демонами учиться.
Обнимая толстую папку с документами, Санаду размышляет. Ситуация безвыходная: ломать щит нельзя – так можно разрушить психику. Наставник менталистов должен в разговорах нащупать причины блокировки, вслепую распутать чужие страхи, чтобы обучить контролю над даром.
А Санаду слишком привык просматривать эмоции и мысли студентов, чтобы делать неприятные, но не убийственные замечания и так держать дистанцию в этой тонкой науке, подразумевающей единение разумов и чувств.
С Клеопатрой будет полная непредсказуемость. Никакого контроля её реакций и возможности чётко выстраивать границы.
