Попроси его продать платье за три процента от выручки, сможешь купить себе пару нарядов попроще.
— Спасибо за совет.
Само платье жжёт меня, как Элоранарр, и всё кажется, он вдруг возникнет перед нами, точно демон, в языках золотого пламени. Но темноту нарушают лишь светлячки."
"Мы проезжаем вдоль стены академии до центральных ворот. Едва увидев Халэнн, охранники нас пропускают.
— А как же моя охрана? — вспоминаю я.
— Дарион позаботится, чтобы они тебя нашли.
Он действительно позаботился: они караулят у двери в комнату — спокойные и невозмутимые.
Словно я не пропадала неизвестно где. Хорошо, что им не пришлось долго мучиться из-за моего исчезновения.
Открывая дверь, я мечтаю свалиться в кровать, уснуть и забыть приставания Элоранарра, как страшный сон. Но сегодняшние потрясения ещё не закончились.
Глава 54
— Ну, давай же, тяни, а то до утра её раздевать будем, — басистый шёпот Дариона доносится из алькова Ники.
— Можно и не раздевать, — полушёпотом отзывается Санаду. — Хотя так неудобно, да…
Меня окатывает холодным потом.
Включив свет, подскакиваю к алькову и отдёргиваю штору.
Ника сопит на кровати. Склонившиеся над её спиной Дарион и Санаду в разные стороны тянут шнурки корсета.
— Что вы тут делаете? — перевожу взгляд с профессора на наставника и обратно. Оба краснеют. Ника всхрапывает и дёргает ногой, точно норовистая лошадка.
— Она выпила много, — виновато бормочет запутавшийся в шнурках Санаду, а сам чуть не падает.
— Мы её на место доставили, — возвещает Дарион.
— Но в корсете спать неудобно.
— Вот мы и пытаемся её… э… — кажется, до Дариона доходит, как со стороны выглядит их попытка её раздеть.
— Выйдите оба, — чеканю я.
— Да, этим лучше заняться девушке, — Дарион кивает.
— Они в этом лучше разбираются, — Санаду никак не удаётся выпутать пальцы из завязок корсета. — Я сдаюсь. Помогай.
Дарион выпускает когти.
— Даже не думайте портить ей корсет! — вскидываю руку. — Сейчас помогу.
— Да, спаси меня, — пошатывается Санаду. — Как вы с этими шнурками справляетесь? Даже магией просто не представляю как, ужас какой-то.
На трезвую голову выпутать его прохладные пальцы из шнурков легче лёгкого. Заодно тянусь к уху снять рубиновую серьгу.
— О, только мне их не отдавай, — Санаду замедленно машет руками. — Даже не предлагай, видеть их не хочу. — Он накрывает глаза ладонью и ощупью пробирается к выходу. — Дарион, пошли, у меня там бутылка эмерского тридцатилетней выдержки.
— С этим ты сам. — Дарион разворачивает его к выходу.
