Он не согласен подчиняться, а значит должен умереть по законам войны.
– Он славный и храбрый воин. Он достоин стать членом племени! – возразил СакрКруш, и все орки вокруг его неожиданно поддержали, даже те, что приехали с Шаманом вместе.
– У нас есть уже один упрямец в цепях, не желающих принимать своей судьбы, – рыкнул Шаман рассерженно."
"– Я… согласен стать членом племени Золотых Соколов, – едва слышно выдохнул беглец.
Все орки, кроме Шамана, возликовали. СакрКруш довольно ухмыльнулся, сверкая золотым кольцом на клыке.
– Человек недостоин, – пробормотал упрямо Шаман.
– Проводи обряд. Так решило Племя, – велел СакрКруш со значением. Я опешила – прежде мне казалось, будто он находится у Шамана в подчинении, а теперь повелевает.
К моему удивлению, колдун, не смог отказаться. Он отбросил в сторону шкурку, что подготовили для рабского обряда, нарычал на орка, что держал в руках кожаный ремень взамен ошейника.
– Он все равно умрет от ран и не перенесет дороги, – бурчал себе под нос упрямый Шаман, но все же совершил таинство, после которого на плече у человека появилась татуировка в виде сокола.
После чего тот немедленно потерял сознание. – Я говорил, что это пустая трата сил, – буркнул колдун, брезгливо отталкивая тело человека в сторону.
– Нам пора сниматься с лагеря, мы и так здесь задержались, – не став выслушивать Шамана, принялся отдавать распоряжения СакрКруш. – Мы продадим рабов и вернемся в степи, пока воины людского вождя не спохватились.
Пока все собирались, привычно уже навьючивая шатры и вещи на покорных верблюдов, я вертела в голове только один вопрос: как этот беглец узнал, что орки обсуждают его принятие в племя? Как он выучил не просто общеоркский, а язык именно этого племени, если, по словам Халмира, это невозможно? Его поведение и его слова – все было будто направлено на то, чтобы манипулировать орками и заставить их принять его… или у меня уже паранойя? Разве это можно было предвидеть и просчитать?
Пока я сидела, не зная, куда деваться, СакрКруш, отошедший ненадолго, чтобы отдать распоряжения, вернулся и, без церемоний, не предупредив, схватил меня за горло.
Я дернулась испуганно, а потом увидела, что от его руки идет зеленоватое свечение. «Он что-то сделал с моим ошейником», – поняла я, когда он разжал пальцы. Но что именно – мне было неведомо.
К счастью, после меня оставили в покое, и я поспешила подойти к Халмиру.
