— Ты сейчас вообще о чем?
— Не растворяйся в мужчине, это может плохо закончиться, — привстает с кровати, и я встаю следом за ней. — Пожалуй, мне уже пора, — она неожиданно тянется к моему лицу и целует в щеку. — Еще увидимся. Когда захочешь. Точнее, если захочешь, — быстро добавляет она, завязывая шарфик на шее.
И больше не смотря на меня, идет на выход. Надевает обувь и, кивнув мне, молча, выходит из квартиры. Стою как вкопанная, гипнотизируя взглядом дверь, и не могу понять, как так получилось, что сейчас мне от чего-то жаль бабушку.
Да, именно жаль.
— Ну, я же говорил не шлюха, — поворачиваюсь на насмешливый голос Кирилла.
— Очень уместное замечание.
— Конечно, уместное, иди сюда, ущербная моя, — притягивает к себе, обнимая за талию и целует в макушку.
Глава 59
Два месяца спустя"
"Что ты пытаешься донести до меня, мужчина с щетиной и большими пальцами? Ах эти пальцы, пальцы, пальцы, пальцы пели и плясали ля-ля-ля-ля… нет там было про свадьбу. А эти пальцы не поют, но все же пляшут.
Здорово так пляшут по телу, особенно приятно, когда щекотят спину и копошатся в волосах. Ну ладно, в трусах не менее приятнее. Но сейчас я согласна просто на волосы, ну или на спинку. Да на любой участок тела, а не на разбор сотен пленок ЭКГ, лежащих на столе. От отчаяния хочется выть. Ну кто меня дергал за язык с этими дурацкими кардиограммами? И как теперь объяснить, что я не хочу и не могу их разбирать? Даже при большом желании не могу я это делать с Кириллом. Не могу и все тут.
Ровно неделю от начала практики он пыжится со мной, объясняя премудрости ЭКГ. Голова совершенно не воспринимает то, что говорит Волков. Я не знаю, как так получается, но все, что я делаю при всех этих разборах — это пялюсь на его руки и другие части тела. То, как он сидит сейчас — напротив меня через стол, я обожаю больше всего. Тут и лицо его в сотый раз рассмотришь, когда дожидаясь моего заключения по пленке, он начинает что-то смотреть в телефоне, ну и руки само собой в очередной раз попадают под поле моего зрения.
Наверное, умей я рисовать, с легкостью изобразила бы портрет Кирилла со стопроцентной точностью. Каждую морщинку на лбу, каждую веснушку и родинку. И вены на руках… ах эти вены, вены, вены, вены… Зачем? Ну вот зачем я решила проходить с ним практику? Хотя, собственно, выбора-то у меня и не было, ну разве что пойти в другое место. Но это ж надо быть полной дурой, чтобы уйти из больницы, в которой работаю.
