Попала, или Жена для тирана

Многие придворные загодя, ещё на рассвете, отправились к Йенским конюшням, чтобы там дожидаться ваших величеств.

Может, в такой толчее Редфрит забудет о моём существовании, и я где-нибудь потеряюсь? Посижу на каком-нибудь пенёчке, о жизни поразмышляю. Всё, что угодно, но только не гонка за непонятными накаи.

— Насколько мне известно, — Лео опустил взгляд, — их… уже выпустили.

Выпустили… Как зверей из клетки. Я даже поёжилась, почувствовав, как дрожь бежит по коже. Дрожь, усилившаяся во сто крат, когда я поймала на себе взгляд королевских глаз.

Редфрит стоял возле северянина и о чём-то с ним, лениво улыбаясь, переговаривался. Стоило мне попасть в поле зрения Галеано, как улыбка его приняла хищный, плотоядный характер. Бросив что-то послу на прощание, он решительно направился ко мне.

Велебор, как и вчера, был одет в тёмные одежды — штаны и пошитую из мягкой кожи куртку, облегавшую его широкие плечи и мускулистую грудь. Мой муж (чтоб его побрали местные черти), наоборот, оделся официально — тёмно-синий мундир ещё больше подчёркивал его военную выправку.

— Рад видеть вас, любовь моя, собранной и готовой к охоте, — поприветствовал он меня.

Терпеть не могу, когда он так ко мне обращается, всем своим видом показывая, как сильно меня презирает. Ну то есть не меня, а здешнюю Даньку. А я хоть и не здешняя Данька, но временно его жена, обречённая на сосуществование с этим коз-з-з… олём.

— Я не готова, — парировала сухо, мрачным взглядом сверля навязанного мне мужа.

— Чтобы ваше величество не утомились раньше времени, до Йенских конюшен будешь добираться в карете, — пропустив мой ответ мимо ушей, распорядился Галеано.

Таким командирским тоном, что я чуть его не послала.

Я же говорю, козоль. Ещё какой.

— Надеюсь, вас со мной рядом не будет.

Взяв меня за руку, Редфрит коснулся губами, ядовитым таким поцелуем, кончиков пальцев.

— Я буду рядом с вами во время охоты. Пока же вынужден вас оставить, моё счастье, и уделить внимание нашим гостям.

«Моё счастье» в его исполнении мне не понравилось даже больше, чем «моя любовь».

Как и не понравились соседки — компанию в поездке мне составляли Рослин и Алана. И если первая хотя бы пыталась вести себя как фрейлина при королеве, то вторая не переставала смотреть на меня чуть ли не с гневом, каждым своим взглядом бросая мне вызов.

— Проблемы с королём? — как бы между прочим поинтересовалась я, обращаясь к маркизе Тешен.

— У меня? — растерянно переспросила она.