— Но ты любил её! Я знаю! Все знают!"
"Прошептала сердито и скрестила руки на груди, пытаясь отгородиться от него, закрыться, не замечать той волнующей близости, которая безжалостно накрывала, ломая сопротивление. Не замечать прожигающий взгляд угольно-чёрных глаз, которые сейчас неотрывно смотрели на меня, но после видения это уже не радовало так, как раньше. Будущее зыбко, и ни в чём нельзя быть уверенным. Ни в чём и ни в ком.
Левая рука Даркнайта властно огладила мою поплывшую талию, а правая коснулась подбородка и повернула его, заставляя смотреть на него.
Глядя мне прямо в глаза, муж сказал:
— Это давно в прошлом, Мэрион. Сейчас я и сам не знаю, как мог не замечать тебя так долго.
— Возможно, — я взглянула на него из-под ресниц и осторожно сказала, — я несколько изменилась после той болезни. И вышла из тени властной сестры.
Даркнайт покачал головой:
— Ты никогда и не была ни в чьей тени, это я слепой дурак, что так долго не замечал.
— Но ты рад? Рад, что заметил? Или хотел бы вернуть всё как раньше?
Задала вопрос, который давно меня мучил: чувствует ли он разницу между прежней Мэрион и мной? Любит ли он меня, а не её призрак?
С замиранием сердца ждала, что он скажет.
Даркнайт словно почувствовал, как важно для меня услышать его ответ. Его рот скривился в знакомой усмешке, но глаза остались серьёзными. Он сказал:
— Ты лучшее, что случалось со мной, Мээррии. Конечно же, я рад
Его большой палец очертил мой рот и оттянул вниз нижнюю губу. Глаза Даркнайта потемнели, он нервно сглотнул.
Потянулась ему навстречу в попытке поцеловать, но он лишь вздохнул, отстранился и уверенным движением устроил мою голову у себя на груди. Его ладонь осторожно огладила живот, затем я услышала недовольное ворчание:
— Платье слишком тугое!
— Не слишком, — буркнула в ответ, недовольная тем, что муж уклонился от поцелуя.
Даркнайт словно прочёл мои мысли:
— Я не смогу остановиться, Мэрион.
Я резко вскинула голову и горячо зашептала:
— И не надо! Не надо останавливаться!
Попыталась скользнуть рукой ему под камзол, но герцог Блэк перехватил моё запястье:
— Нет!
Вот же упёртый какой! Вздохнула и снова положила голову ему на грудь.
Даркнайт сказал:
— Что касается других женщин, — я навострила уши, готовясь услышать, что он скажет и не отвлекаться на его ладонь, лежащую на моём животе. — Для меня слишком важен ребёнок, которого ты носишь, Мэрион. Я бы никогда не стал тебя расстраивать, в твоём положении. Так что выброси эти глупости из головы.
