Я сказала наставническим тоном:
— Пей побольше жидкости и поправляйся! Ты нужна нам, нужна мне, мы все будем ждать тебя, дорогая. Всё будет хорошо, ты обязательно поправишься, поняла?
Илона кивнула. Я погладила её по щеке и вышла из комнаты в смешанных чувствах, словно что-то упустила, но что именно?
Даркнайт.
Подошёл к окну в кабинете. Хлопья белого снега кружились за стеклом и медленно падали вниз, застилая всё белым ковром, надёжно скрывая под собой грязь, мусор, нечистоты. Словно по волшебству, всё преобразилось, сделалось девственно-чистым.
Так просто. Вот бы и в жизни всё было так же…
Внизу раздался радостный детский смех, и показалась Мэрион в окружении десятков ребятишек. Кажется, она что-то говорила про детский праздник, который хотела устроить. Дети галдели наперебой и что-то ей рассказывали, поправляя съехавшие набок шапки и расталкивая друг друга, потому что каждый хотел приблизиться к ней, а она внимательно слушала их, гладила по головам и тепло улыбалась. Почувствовал укол ревности оттого, что она улыбалась другим, пусть и каким-то детям.
Жена словно почувствовала мой взгляд: задрала голову, подставив к глазам руку в пушистой варежке, заметила меня и помахала. Уголки губ непроизвольно дёрнулись вверх, я поднял руку ладонью вверх, отвечая на её приветствие.
Посреди двора стояла большая ель, на которую были навешаны вещи разной степени нелепости: обшитые яркой тканью коробки, обклеенные кожей бутылки и другая дребедень. Всё это Мэрион почему-то называла ёлочными игрушками, и целый месяц мастерила их с фрейлинами и детьми.
Смотрелось всё это весьма странно: на бедной ёлке не осталось живого места, но дети и жена пребывали в полном восторге.
При помощи служанки и фрейлины Мэрион выстроила детей вокруг дерева, заставила всех взяться за руки двигаться друг за другом, распевая песни. Всё это незаметно перешло в игру в снежки.
За спиной скрипнула дверь: слуга принёс срочное донесение.
— Оставь на столе, — сказал, не оборачиваясь, заранее зная, что в нём.
Мне бы вернуться к делам, а я глаз не могу отвести от жены, хохочущей в окружении детей, пока что чужих.
Перевёл взгляд на её выдающийся живот: до родов осталось недолго. Здоровье и спокойствие Мэрион это самое главное сейчас. Ничто не заставит её нервничать. Никто не помешает ей родить этого ребёнка, моего ребёнка. Мне нужен наследник, и я его получу, а уже после этого…
Вернулся к столу и вскрыл только что полученное письмо. Облегчённо прикрыл глаза. Всё идёт по плану.
