Изменники сильно заволновались, но выхода, кроме как до последнего драться за немчуру, у них не было. Мысль о советском плене заставляла этих сволочей жидким гадиться — они ведь кровью повязаны были, потому что перед подписанием контракта им предлагали своих же бывших товарищей расстреливать. Да и в плен «освободителей», в общем-то, старались не брать. Нашим бойцам поровну, по каким причинам человек врагу начал служить, и они вполне справедливо считали, что лучший подарок для мудаков из РОА — это пуля в лоб, даже если он успел задрать руки вверх.
Я это начинание полностью поддерживаю. Только так с ними поступать надо, и нечего дело доводить до армейских особистов, которым закон запрещает пленных стрелять. Ребята в концлагерях как мухи мрут, предпочитая смерть предательству, а эти козлы сейчас получат лет по пятнадцать на валке леса в Сибири и, отсидев, дальше землю топтать будут. И где, спрашивается, справедливость?..
Я отвернулся в сторону от той шестерки, чтобы чуть-чуть отвлечься и не начинать разборок в камере.
Хрен его знает, как все повернется. А ну как и урки захотят поучаствовать? Если все скопом навалятся — то на ноль в момент помножат. Так что будем сидеть тихо и ждать завтрашнего дня. Всяко-разно на допрос должны будут вызвать. Хотя мне непонятно, почему нас вообще сюда сунули. Ведь посчитали именно за шпионов, а закинули в общую камеру. Но с другой стороны, скорее всего просто не поверили, что мы можем быть разными шпионами-диверсантами.
Судя по окружающей меня публике, они могли при взятии говорить, что у них папа — Гитлер, лишь бы на месте не пришили. А там пойдут допросы, протоколы, глядишь, и удастся жизнь сохранить… В принципе, наверное, так и есть. А из-за того, что мы говорили по-русски, нас, невзирая на французские документы, запихнули именно сюда. Непонятно только, откуда в Бургасе столько русскоговорящих? Особенно полицаев? Или они так драпали, что с Румынии до Болгарии добежали и не заметили? Хотя какая разница… Я пихнул в бок Птицына и сказал:
— Давай-ка, Игорь, поспим.
Только массу давить предлагаю по очереди — мало ли что?
— Тогда спи первый — я не хочу…
Ну, первый так первый. Подняв воротник куртки, я втянул голову в плечи и, привалившись к теплому боку товарища, закемарил. Потом мы с ним поменялись, и незаметно наступило утро.
